Книга Я. Тебя. Сломаю, страница 40 – Ольга Дашкова

Юсуф был загадкой – не жестокий, как Керем, не властный, как Амир, но в его молчании было что-то, что заставляло меня насторожиться. Может, он и не враг, но и не союзник.

Я ела, чувствуя, как каждый кусок хлеба, каждый глоток кофе заряжает меня энергией. Мне нужно было знать их – каждого из них.

Хадидже-ханым, с ее холодной властью, была стражем традиций, которые я презирала. Керем – хищник, ждущий моей слабости. Юсуф – неизвестная величина, возможно, ключ, если я найду к нему подход.

А Амир… Амир был центром этой паутины, и его взгляд, тяжелый и обжигающий, говорил, что он не отступит. Но я тоже не собиралась сдаваться.

Завтрак прошел в напряженной тишине, нарушаемой лишь звоном приборов и редкими репликами Керема, которые он бросал, как камни в воду, проверяя, как далеко разойдутся круги.

Я отвечала, но скупо, сохраняя силы для того, что задумала. Когда слуги начали убирать со стола, я заметила, как Хадидже-ханым поднялась и направилась к выходу, но я не могла упустить этот шанс.

— Хадидже-ханым, можно вас на минуту?

Женщина остановилась, спина напряглась, но она не обернулась сразу. Амир поднял глаза, его бровь слегка изогнулась, но он промолчал. Керем хмыкнул, явно ожидая спектакля, а Юсуф замер. Хадидже медленно повернулась, готовая разрезать меня на части своим острым взглядом.

— Что тебе нужно, Элиф? – в ее голосе сквозила усталость, словно она уже устала от моего присутствия.

— Поговорить. Наедине, – встала, расправив платье, и посмотрела ей прямо в глаза. – Это важно.

Она прищурилась, но кивнула, жестом указав на арку, ведущую в соседнюю комнату. Я пошла за ней, чувствуя, как взгляды Амира и Керема жгут мне спину. А вот взгляд Юсуфа заставил меня насторожиться, я даже не поняла почему.

Мы вошли в небольшую комнату, пропитанную ароматом благовоний. Стены были украшены мозаикой, изображающей цветущие сады, а низкий диван, обитый бархатом цвета граната, был завален подушками с золотой вышивкой.

Хадидже села, ее осанка была прямой, как у султанши, но я осталась стоять, скрестив руки. Мне нужно было держать дистанцию, чтобы не дать ей почувствовать мою слабость.

— Говори, – сказала она, ее голос резкий и властный. – И не трать мое время.

Вздохнула, собирая мысли. Это был риск, но я должна была попробовать. Моя свобода, жизнь Лейлы, будущее сестер – все зависело от того, смогу ли я найти трещину в этой женщине, которая держала традиции, как цепи.

— Хадидже-ханым, я знаю, что вам не нравлюсь. И я вас понимаю. Будь я на вашем месте, я бы тоже хотела для своего сына другую – послушную, мягкую, такую, которая чтит традиции и не задает вопросов. Я не такая. И никогда не буду.

Глаза женщины сузились, но она молчала, позволяя мне продолжать. Это был хороший знак – она слушала.

— Я предлагаю сделку, – продолжила, чувствуя, как слова режут горло, но я не могла остановиться. – Отпустите меня. Дайте мне уйти, вернуться в Москву, исчезнуть из вашей жизни. Амир получит Лейлу. Моя сестра – все, что вы хотите для своего сына. Она красивая, кроткая, она будет идеальной женой. Она хочет этого, Хадидже-ханым. Она мечтает о жизни, которую Амир может ей дать. Я – нет. Я никогда не стану его. Отпустите меня, и все будут довольны.

Тишина, последовавшая за моими словами, была тяжелой, как свинец.