Книга Записки следователя Ротыгина, страница 62 – Григорий Жадько

В среду поздно вечером мы все собрались. Привезли водки дешевой, но пять бутылок. Себе попить для храбрости, ну и пленнику предложить перед смертью. Толи водка была паленая, толи мы просто переборщили, а вышло, что мы напились. Мы же на спортивном режиме, у нас это непринято. Доля тоже взал на грудь хорошо. Как Соколов в «Судьбе человека», давай заяснять, что после первой не закусывает. Ему сразу второй. Последний раз в жизни, этой дряни не жалко. Наклюкался он. Мы тем временем жребий бросили. Записки скатали и в железный бидон. На одной было написано: «Киллер», на остальных слово «Лафа». Убийцей предстояло стать Гаврилову. Я был за рулем, но из машины не выходил, стоял на пригорке. Он был сильно пьян, перед самым отъездом, после жеребьевки, добавил. Как он там его убил, я не знаю, вроде лопатой по горлу, а копать у него уже сил видать мало осталось. Он приходил ко мне просил помочь труп спрятать. Я не пошел. Сказал ему: «Как напился, так и делай. Тебе говорили, не пей последнюю». Его долго не было, наконец, пришел. Сказал, что как смог закопал. Я хотел сходить проверить, но не мог. Меня и так тошнило или от водки или от того что мы делаем. Вот и все. Остальное вроде вы уже знаете. А не сказал, что вторая казнь была назначена на сегодня на 12 часов, но не состоялась.

— Мы взяли Лютикова и тебя. Остальных кто предупредил?

— Никто. Мы должны были каждый час отзваниваться Лихманову. На телефоны забиты сигналы. Начало часа они пикают. Если мы не вышли на связь, значит, что-то случилось. Если трое, мы и Архипыч, не отзвонились, значит у нас беда. Мы конечно мало думали о вас. Боялись быков Слепого.

— Что у вас было запланировано на случай обнаружения?

— Конкретно, такие действия не отрабатывались, но думаю Лихманов конечно где-то соберет наших. Где не могу предположить, ну скорей всего не на своей квартире и не в подвале где мы тренировались. Сменят телефоны, снимут хату, перейдут на нелегал, наверно осторожно попытаются прощупать, что же с нами случилось. А уже по обстоятельствам к Климу пойдут на поклон.

— Да-а-а! История! Ты мне рассказал Кузнецов. Ничего такого не утаил?

— Вы же видите, что я не матерый преступник.

— Но и не бандит поневоле.

— Так. Конечно. Может им бы и стал. Затянуло. Уйти думал. Остановиться.

— Это тебя жребий спас.

— Есть такое дело. Но меня и так тошнило. Не знаю. Смог бы я как Гаврилов.

— Тебе видней.

— А как же со мной. Вы обещали?

— Обещал. Не отказываюсь. Но ты даже не знаешь о чем меня просить, и где я тебе помогу. Об этом чуть позже. А пока слушай сюда. Расклад на сегодня немного не такой как я тебе рассказывал. Все эти статьи пока на сегодня не работают.

— Как не работают?

— А нет заявлений от потерпевших. Следовательно, никто их не похищал, и не лишал свободы, и не избивал. Дважды я пытался добиться от них, но с нулевым эффектом. Что-то у меня очень стойкое убеждение, что они не передумают. Остается только убийство. Оно возбуждается не по заявлению, как сам понимаешь, трупы еще никогда нам таких бумаг не писали, а по факту. Если все как ты говоришь, было,… пособничество могут, вам выдвинуть, похищение, но это тоже под вопросом. Вы же все и всё будете отрицать, свидетелей реального ни одного. Да и Гаврилову выгодней все взять на себя, так всегда и бывает. Он же не совсем безбашенный вас топить, участие в ОПГ себе дописывать и запланированную казнь. Это и на пожизненное можно загреметь, и вас утянуть. Перспективы у вас выйти сухими не велики, ведь осталась граната в машине. Это вам с другом по условному сроку точно светит или одному, чьи отпечатки найдут. Кто ее клал?