Онлайн книга «Под тенью твоих чувств»
|
— Видишь? – интересуется он. — Зрение, к счастью, в порядке. Отличная грудь и весьма неплохая внешность, – без колебаний отвечаю я, глядя на обнаженную блондинку и его руку, которая лежит на ее груди. — Что? – Он поворачивает к себе телефон экраном и говорит: – Ой, не то, – и снова листает кадры из галереи. Да… да… да… Так я и поверила, что это случайность… — Читай, – говорит он, поворачивая ко мне фото того самого документа, который я выучила наизусть. – Вслух читай. — Обойдешься. Я замечаю, как на его лице подрагивает уголок губы, но тут же появляется та самая самоуверенность и неестественная улыбка. Перевожу взгляд на экран, слегка прищуриваюсь и читаю то, что уже читала сотню раз. Примечание: «В чрезвычайной ситуации Скай Летти обязуется выполнять поручения Теодора Каттанео в любое время по его распоряжению . За отказ применяются санкции: после трех предупреждений – снижение заработной платы на пятнадцать процентов; после пятого – увольнение». — Вот это, – лениво указываю пальцем на коробку, – чрезвычайная ситуация? — Да, – кивает он, блокируя телефон и убирая его в задний карман. – Так что? Откроешь? — Ножнички подашь? – искаженно улыбаюсь, смотря на него и надеясь, что мое веко не начало содрогаться. – В кухонном столе лежат. — Для тебя? – приглушенно интересуется он, искря поддельно заботливым взглядом. – Ни за что… Ножки есть – сама дойдешь. Он усаживается обратно на диван, берет со стола мой недоеденный ужин, бросая на меня излишне многозначительный взгляд, после чего сводит брови к переносице и открывает рот: — Мясо? Ты ведь не ешь мясные продукты. Опять твоя любимая ложь? – Он накалывает на вилку кусок индейки и погружает ее в рот, тщательно пережевывая мою еду. – Отвратительно готовишь, Скай, – на секунду в его голосе проявляется странный намек на искренность, которую он тут же маскирует за легким отвращением. – Это ведь невозможно есть. Даже соли нет. Скай… Скай… Скай… Это был первый раз, когда он обратился ко мне исключительно так. Наверное, это вырвалось случайно, по старой привычке. Но всего одно-единственное слово, простая интонация, его голос – и все… меня можно увозить на диагностику, где сердце подвергнется тщательной проверке. — Денег на соль не хватило. Не ешь, – резко отвечаю я и, подойдя к нему, тянусь за тарелкой, но он убирает ее подальше от меня, вызывая на моем лице лишь вопросы. — Когда я голодный, я могу и подобное поесть. Вот как… Хорошо. Я отворачиваюсь, решив уйти от этой сидячей провокации моих стальных нервов, и из меня непроизвольно вырывается приглушенное пожелание: — Смотри не подавись. — Что? – громко спрашивает он. Я поворачиваюсь к нему, сдерживая нервные тики в челюсти, и, с пафосно-любезным, почти театральным реверансом, бью по воздуху улыбкой: — Приятного аппетита, Теодор Каттанео. Подхожу к кухонному шкафу, открываю ящик и достаю из него пищевые ножницы. Вернувшись к коробке, собираюсь следовать требованию Тео, но тут же решаю немного потревожить его психику – если он провоцирует меня, я тоже буду это делать. Пусть на мне и старые спортивные штаны, которые если и возбудят, то только бездомного в рваных шмотках, но под одеждой весьма нормальная фигура, которая с годами лишь стала вкуснее на вид. Если не брать во внимание состояние кожи прожарки медиум. |