Книга Трофей для Хищника, страница 29 – Анна Юта

— Так не был же… — тяну недоуменно. — К тому же меня никто не останавливал, когда я подошла.

— В этом конкретном случае тот юноша при всем желании не мог ничего сделать, все было под контролем, — назидательно разъясняет Игорь Михайлович. — Но в следующий раз не приближайся, пожалуйста, к незнакомцам, хорошо?

Он говорит так, будто действительно за меня беспокоится. До меня только сейчас доходит, что я рисковала собой, так бесстрашно подойдя к неизвестно кому. Судя по прозвучавшим словам, там какие-то криминальные разборки, а я даже не подумала, что это может быть опасно. Становится по-настоящему страшно.

— Поняла. А вы… бандит? — спрашиваю затравленно так и переминаясь с ноги на ногу перед столом Игоря Михайловича.

У него на лице появляется озабоченность, какая бывает у родителя, чье чадо снова сломало очередную любимую игрушку.

— Не совсем, — с загадочным выражением отвечает он. — Я сам по себе, но много кого знаю. И в связи с этим, у нас есть проблема.

Он произносит это таким тяжелым тоном, что я невольно предполагаю, что сейчас он скажет что-то вроде: «теперь ты слишком много знаешь, тебя надо убить». Ежусь, но не отрываясь смотрю на него — не то огорчен, не то сердит.

— Присядь, — Игорь Михайлович делает короткий взмах рукой в сторону угла, где стоит низкий стеклянный столик в окружении двух таких же низких мягких с виду кресел.

Исполняю. Игорь Михайлович достает из серванта у меня за спиной бутылку коньяка и ставит на столик вместе с двумя коньячными бокалам в форме перевернутых сердечек. Затем садится напротив и разливает напиток и берет в руку свой бокал.

Пялюсь на свой, рассматривая блики света на стеклянной столешнице. Я никогда не пила крепкий алкоголь. Родители запрещали, а Марк угощал меня только коктейлями и вином.

— Сегодня был длинный и тяжелый день, Эльвира, — устало произносит Игорь Михайлович и делает глоток бронзовой жидкости. Не морщится, катает на языке. — И ты своей выходкой добавила мне хлопот.

Он не настаивает, чтобы я пила. Не задает вопросов. Даже не смотрит на меня. Такое ощущение, что ему просто нужна компания, неназойливая и молчаливая. Что же, если можно просто посидеть рядом, я за.

— Я не просто так попросил тебя оставаться в комнате. Не планировал посвящать в свои дела так быстро, — его тугой тягучий голос гипнотически действует на меня. Успокаивает и одновременно пугает. — Но теперь ты в курсе, и мне надо принять решение, как с тобой поступить.

Холодею. Сбываются худшие догадки. Черт-черт-черт! И что делать?

— Я ничего не поняла, Игорь Михайлович, — лепечу скороговоркой. — И никому ничего не скажу.

Его черные глаза фокусируются на мне, колючий взгляд пронзает, пригвождает к спинке кресла. Красивые глаза. Пугающий взгляд.

— Не перебивай, пожалуйста, — бархатистый голос, а проходится по коже точно наждачкой. В пору прикусить язык и не влезать без разрешения! — Ты слышала фамилию и имя, этого достаточно.

Он делает еще один глоток и снова переводит взгляд куда-то в пустоту посреди комнаты.

— Меня называют Хищником, по фамилии, но на самом деле я посредник. У меня много клиентов, и все они не любят пристального внимания к своим персонам, — продолжает он. — Я не разглашаю имена тех, с кем работаю. Это все знают, поэтому мне доверяют.