Книга Простивший не знает правды, страница 92 – Женя Шуменко

— Я… Я… ведь еще не соглашался. Я обещал подумать, – заикаясь, произнес хозяин. – Я не буду пользоваться вашими услугами.

— Слышишь ты, черт! Коммерс вонючий! – схватил Шашен его за грудки. – Ты че несешь? Я тебе человека значимого привел, познакомиться, от дел его оторвал. Совсем охренел?

— Пусти его! – рявкнул Немец. Он терпеть не мог ненужного насилия. Шашен тут же убрал от хозяина магазина руки. – Как вас зовут?

— Андрей.

— Андрей, почему вы не хотите с нами работать?

— Потому что двадцать процентов за крышу – это очень много, – отряхнулся тот.

— У вас что, есть предложения получше?

— Да, есть. Пятнадцать процентов.

Немец посмотрел в этот момент на Клиша. Тот стоял молча, но бровями вверх повел, был удивлен.

— Пятнадцать – это очень хорошее предложение, я согласен, – кивнул головой Немец. – Только готовы ли вы иметь дело с уголовниками?

— А это тоже спортсмены.

— Спортсмены?! – ждал уточнения Немец.

— Каратисты.

— Каратисты? – выпучил глаза Шашен. – Кто?

— Анатолий Юрьевич Калинин и Илья Владимирович Сафронов. Клуб «Барс» в Северном. Слыхали о таком?

— Да о них только глухой не слыхал, – посмотрел Немец на Шашена испепеляющим взглядом.

— Я согласен дать тебе охрану прямо сейчас за пятнадцать процентов, – предложил Шашен. – Калине и Сафе скажешь, что ты под Немцем и Шашеном. Клуб «Хакдари».

— Но-но-но! – двинулся с места Немец. – Не гони лошадей. Я еще пока не согласился.

— Че тут думать? Немец?! Базар же был!

— Клиш, ну-ка, сходи вместе с Андреем погуляй, посмотри, может, конфет каких прикупи… Мне надо с Шашеном переговорить, – сквозь зубы сказал Немец, сжав кулаки.

Клиш быстро схватил коммерса за плечи и вытолкал его из подсобки наружу.

— Ты идиот? На тебя уже было одно покушение, до сих пор не безопасно по городу одному передвигаться, так ты решил позлить врага? – злобно уставился Штерн на Шашена.

— Калина, сука, назло это делает, – стукнул тот кулаком по мешкам с рисом.

— Уступи ему, Шашен.

— Ни за что! – отчеканил тот.

— Сам знаешь, Калина с уголовниками дела имеет. Будет серьезная война. И я в ней участвовать не собираюсь. Не буду я подставлять своих пацанов под пули, за какой-то сраный магазин, пусть и доходный, пусть и в центре города! – заорал Женька так, что задрожали банки на полках.

— Да и не надо. Я своих парней поставлю. Сам буду крышевать, не первый раз!

— Когда Калина на тебя начнет охоту с пулеметом, имени моего не упоминай. Сам в это дерьмо влезешь, сам и будешь расхлебывать, – жестко ответил Немец.

— Я думал, ты мне друг.

— Друг… И, как друг, советую – уступи.

— Не уступлю, – сжал кулаки Шашен.

Женька пнул дверь ногой так, что та почти сорвалась с петель, и выбежал наружу.

Клиш стоял с открытой коробкой конфет в руке, проверяя то одну, то другую на вкус.

— Мое имя чтобы никому не говорил. Согласишься работать с Шашеном, крой им, не мной! – рявкнул Штерн побелевшему от страха коммерсу и вылетел на улицу.

Клиш, закрыв коробку, кинул несколько купюр на прилавок и пошел вслед за Женькой.

— Немец! – окликнул он его и сбежал вниз по ступенькам магазина. – Не хочу больше Шашена охранять. Поставь кого-нибудь другого? Я жену уже неделю не видел. Отойти от него не могу!

— Юрка, кого? – остановился тот и вскинул брови. – Кого я могу к нему приставить?