Онлайн книга «Простивший не знает правды»
|
— Киллер сказал, что на очной ставке сможет тебя опознать. Я достал его фото, – вытащил он из папочки небольшую черно-белую фотографию и положил на стол. Женька дрожащими пальцами схватил снимок, с которого на него смотрел Коротышка, один из киллеров, которого привел Шашен для того, чтобы избавиться от Калины. Внутри у него все похолодело от жутких мыслей, которые пронзили его насквозь от пяток до макушки. — Откуда он тебя знает? – Чердымов считал все по его лицу. — Не знаю. — Женя! Что значит «не знаю»?! — Да где угодно мог видеть… В кабаке, на стрелке, в компании общей на дне рождении какого-нибудь авторитета! — Не договариваешь, Евгений Александрович! Ведь я твой адвокат, я должен знать правду, чтобы тебе помочь! — Я с вами откровенен настолько, насколько это возможно. – Штерн снова подошел к железному стулу и рухнул на него без сил. Рассказать адвокату всю правду он не мог. У стен изолятора тоже были уши. Еще не хватало, чтобы ему пришили сверху дело за Калину. Он чувствовал себя беспомощно, ведь сидя здесь, за высокой толстой серой стеной, отделяющей его от всего мира, он ничего не мог поделать. Антон Сергеевич сделал несколько пометок в своем блокноте и посмотрел на Женьку с пониманием: — Женя, я обязательно во всем разберусь, – пообещал он. – Но это займет время… — И деньги, – добавил Штерн. — О деньгах сейчас не беспокойся. Твой друг Мот внес предоплату, хотя я и не просил. И вообще, рассчитаемся, когда я тебя отсюда вытащу. Сейчас нужно думать не о деньгах. Я понимаю, ты не можешь рассказать мне все, как было. Кто-нибудь на свободе может помочь мне восстановить картину? — Боюсь, что тот человек, который мог, уже свалил куда подальше. – Штерн подумал с содроганием о Шашене, который подставил его по полной программе. — Женя, – снова обратился к нему Чердымов. – Я должен знать… Немец схватил ручку и принялся писать в виде схемы на своей ладони: «Шашен – киллеры – Вара. Шашен – я – те же самые киллеры – Калина». Затем он показал ладонь адвокату и принялся стирать написанное о свои спортивные штаны. Чердымов потер переносицу: — Да уж… Я все понял. Шашен, если не дурак, скрылся и, возможно, где-то за границей, ты прав. Киллер его, скорее всего, не сдаст. Но и прямых доказательств пока нет. Того, что есть у Теплицкого в запасе, недостаточно, чтобы упрятать тебя в тюрьму. — Вот! Наконец-то хорошие прогнозы, – попытался улыбнуться Немец. – Когда меня отпустят? — …А вот связей у него много, чтобы продержать тебя в следственном изоляторе долгое время, – договорил Чердымов. — Да как это возможно?! — Зная главного прокурора города, возможно все, Женечка. Прикажут держать до особого распоряжения – и тогда никакие деньги не помогут. Ты поговори со своими сокамерниками, спроси, как долго они уже заточены в стенах данного заведения, и спроси, за что. Убедишься сам… — Но это незаконно. Чердымов развел руками: — Я постараюсь сделать все возможное. А ты стой на своем. Пусть хоть тысячу допросов проводят, гни свою линию. Мот тебе будет передавать все необходимое в посылках каждые две недели, через Василька, что внизу у окошка передач вертится, так что все будет доходить в лучшем виде. Женя сидел, обхватив голову руками. Адвокат застегнул свой портфельчик и поднялся из-за стола: |