Книга Тьма по соседству, страница 177 – Марьяна Куприянова

— Ты сказал, что не можешь меня убить.

— Надо же, какая внимательная. Это правда. Но «не могу» еще не означает «не хочу».

— Почему не можешь?

— Это своего рода табу. Условие моего пребывания здесь.

— Кто. Ты. Такой?

— К чему опять эти нелепые вопросы? Ты больше нравилась мне раньше, когда опиралась на собственную интуицию, а не на «нормальную» логику посторонних людей. Ты была более догадлива и менее рациональна. В этом твоя прелесть. Надеюсь, прежняя Фаина вернется. Ведь она видела кое-что своими глазами. Она многое знает, просто не говорит вслух.

— Чем все это кончится? Ты меня не убьешь, но и всю ночь мы так не просидим. В чем твоя цель?

— Сделать тебе больно. Разве это не очевидно из моих действий?

Она не нашлась, что ответить, но, поразмыслив, выдала козырь:

— А Кирилл убеждал меня, что ты не собираешься причинять мне вреда.

— Кирилл приходил к тебе? Вы говорили обо мне?

Воспоминание о том разговоре сразу навело Фаину на мысль об одежде, и она с ужасом обнаружила, что тонкий халат почти распахнулся на ней и ужасно высоко задрался. Девушка принялась поправлять его, заливаясь краской.

— Да… Есть еще одна вещь, которую я бы хотел провернуть с тобой прежде, чем убить, – смакуя каждое слово, сообщил Ян, наблюдая за ее попытками прикрыть оголенное тело.

— Встань в очередь, Кирилл почти опередил тебя.

— Что ты такое говоришь, Фаина?! – Ян разозлился: в опасной близости запылали его глаза, голос изменился.

Получилось. Нужно надавить сильнее.

— Ты сказал, тебя обуревает гнев, когда ты видишь, как меня касаются руки простых смертных. Твой сосед к ним, получается, уже не относится?

— Кирилл трогал тебя? ГОВОРИ! – Ян с силой встряхнул девушку.

— Почему бы тебе не пойти и не спросить у него, что между нами было?

Ян дышал глубоко и хрипло, и глаза его рыскали по лицу Фаины, словно искали что-то. Малейший признак обмана.

— Ты не лжешь, я это чую.

— Зачем мне обманывать тебя? По словам Кирилла, ты и так знаешь абсолютно все. Странно только, что не знал о его намерениях.

— Догадывался. Но не предполагал, что ему хватит духу привести их в исполнение. Любой, кто покусится на тебя, будет страдать.

— Я не твоя вещь.

— Правда? Тогда почему я могу делать с тобой все что хочу?

Ян грубо столкнул ее с себя, словно отряхивался от мусора. Девушка, не успев сориентироваться, упала на пол и ударилась спиной, согнувшись от новой порции боли. Над нею возвышался уже совсем не тот Ян, которого она сегодня видела в кинотеатре, не тот Ян, которого она терпеть не могла, не тот, которого ревновала или боготворила, и даже не тот, который заселился сюда в конце зимы.

Нечто совершенно иное, новое, властное и нечеловечески жестокое.

Фаина перевернулась на бок, закрыла лицо руками и заплакала от боли, не стесняясь его присутствия. Прежде чем рыдания стали громкими, Ян взял себя в руки и предупредил:

— Не вынуждай меня еще раз терять над собой контроль. Добром это не кончится. Я ведь могу и нарушить предписанные правила. Наказание как-нибудь выдержу, зато своего добьюсь. Успокойся и поднимись. Встань на ноги, я тебе говорю.

Фаина медленно поднялась и встала перед ним, глядя в пол. Мужчина взял ее за плечи. Послушная кукла… или только делает вид?

— В тебе есть сила, о которой не подозревал даже я. А ведь я отметил тебя, соответствуй своему статусу. Будь той, кем ты всегда была до моего появления. Довольно притворяться. Мне противно на это смотреть.