Книга Тьма по соседству, страница 174 – Марьяна Куприянова

— Я знаю, что ты внутри. А ты знаешь, что эта дверь меня не остановит.

Могильный, холодный голос, неузнаваемый. Интонация искажена едва сдерживаемым гневом, от которого сводит зубы.

И снова тишина.

Ждет.

Знает, что она боится его.

Знает, что подчинится.

Фаина тихо выдохнула и направилась к двери, глядя на нее так, словно притаившийся за нею властен над ее судьбой. Колени были слабыми, пальцы мелко дрожали – не заметишь, если не присматриваться. Это и есть неизбежность рока.

Отставить! Нельзя трястись перед ним. Нельзя! Вспомни о том, как злилась на него пару часов назад. Пусть остывшая ярость придаст тебе сил пережить очередной разговор с ним. Наедине.

Тихонько отодвинулась медная щеколда, дверь приоткрылась сантиметров на пять. Фаина испуганно посмотрела в образовавшуюся щель, где поджидал ее темно-зеленый взгляд, спаянный из грубого окислившегося металла и ввинченный под нахмуренные брови вместо настоящих глаз.

В том, что Ян сейчас разъярен почти так же, как в тот вечер, когда она шумела дрелью, не осталось сомнений. Он смотрел, не моргая, не раскрывая плотно сжатых губ.

Вспомнив, чем все закончилось в прошлый раз, Фаина поспешила исправить ошибку. Не успела. У Яна оказалась отменная реакция. Стоило совершить резкое движение, как он молниеносно схватился за ручку, толкнул дверь и очутился внутри. Девушка отошла на пару метров, запахивая себя в тонкую ткань халата. По спине побежал мороз, как будто глубокой ночью слышишь шорохи под своей кроватью и не можешь пошевелиться.

Ян хорошо знал, как ее дверь запирается изнутри, и проделал необходимые манипуляции, чтобы избавиться от свидетелей. Затем медленно обернулся на нее – все такой же мрачный и угрожающий; ладони сжаты в белые кулаки, вены на шее вздулись.

Фаина бегло осматривала его фигуру, одежду и выражение лица, пытаясь угадать по ним, что будет дальше. Тут Ян сделал шаг вперед, и девушка вздрогнула, упираясь спиной в двухъярусную кровать. В замкнутом помещении дальше отступать некуда. Но ведь он не убьет ее?

— Как. Ты. Могла? – Одухотворенное лицо исказилось разочарованием.

— О чем это ты?

— Как ты можешь показываться мне на глаза с этим… этим… озабоченным неудачником? Позором мужского рода!

Фаина опешила. Подобная наглость всегда лишала ее дара речи.

— Что… что ты…

— Я хочу услышать нечто осмысленное, – заявил он и одернул на себе черную рубашку, явно намереваясь присесть и подождать, пока соседка придет в чувства.

— Не понимаю, зачем ты пришел. Пожалуйста, уходи.

— Ты сама меня впустила.

— Брось, ты зашел силой.

— Я и не такого силой могу добиться. – Ян осмотрел ее с ног до головы.

— Если ты что-то задумал, я буду кричать.

— Ради всего святого!

— От тебя это звучит кощунственно.

— Ты же это мне назло, да? Мстишь, что увидела с нею.

— Мне все равно. Я искренне желаю вам счастья.

«Вторая фраза была лишней!» – пронеслось в голове.

— Поэтому бросилась в объятия первого встречного, который недостоин даже… – Тут Ян потерял самообладание и звонко ударил по дверце шкафа раскрытой ладонью.

Фаина вздрогнула и скривилась, представив, как это, должно быть, больно. Если Ян вообще что-то чувствует. Дверца чудом не треснула.

— Договаривай, – попросили дрожащие губы.

Ян одарил ее одним из самых ненавидящих взглядов из своего арсенала, но девушка поняла – эта ненависть направлена уже не на нее лично, скорее на Александра.