Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 107 – Марьяна Куприянова

— Представляет угрозу? Что ты имеешь в виду? – Ларс даже привстал.

— Ты мне ответь, всевидящее око. Это ведь тебе не все равно, в какой компании я провожу время, в какой среде нахожусь и под чье влияние попадаю.

— Если он тебя обижает, только скажи.

— Расслабься, я сама с этим разберусь. Как и прежде.

— Почему я только сейчас узнаю, что кто-то угрожает моей подопечной?

— Потому что я не побегу тебе жаловаться, будто сама не могу разобраться. А еще ты заврался. Пытаешься Ридли выставить монстром. Что он тебе сделал?

— Лучше скажи, что тебе сделал Рамон Веласкес. Одно твое слово, и ему конец.

— Сам узнай, если ты такой всесильный. Заодно, может, накопаешь мне слабые места этого клоуна, которые я смогу использовать против него.

— Хорошо, но я все равно категорически против Ридли. Услышь меня, он действительно опасный тип, и есть подозрения, что за ним стоят еще более опасные люди. Хоть он и выглядит уравновешенным большую часть времени, поверь, это маскировка, которой он обучен. Он калечил людей, а может, и убивал, но его хорошо прикрывают, поэтому мы не знаем наверняка. Это не просто ученик старшей школы, а койот в шкуре пастушьей собаки.

— Мне кажется, у тебя разыгралась паранойя. Меня он и пальцем не тронул, хотя возможностей было предостаточно, и вообще, у меня есть мысли, что… хотя ладно, это не имеет к делу никакого отношения.

— Договаривай.

— Ты будешь кидать зары?

— Не зли меня.

— Какая разница, кем он был раньше и что творил в старой школе, если сейчас он другой? У всех есть второй шанс. Даже такие, как ты, попадают в полицию. Я не боюсь его, как и тебя.

Услышав это, Клиффорд побелел, посинел и покраснел в течение одной секунды. А несколько минут спустя они обнаружили себя практически заклятыми врагами. Выясняя отношения, они подняли крик, который напугал стажеров. Выходя из кабинета, Нина врезалась в них, спешащих на шум. От повышения голоса непосредственного начальства лица Эммета и Лота автоматически бледнели, а поджилки тряслись.

— Не советую показываться ему на глаза, – сказала Нина.

— Эммет! Лот! Живо ко мне! – заревели из кабинета. Стажеры подпрыгнули на месте и засуетились, пытаясь зайти одновременно.

Покидая этаж, Нина слышала, как Ларс на них орал, и в очередной раз поразилась, каким образом могла долгое время ладить с ним, причем настолько, что их отношения местами походили на дружбу. Теперь все по-другому. Недавние догадки о том, что ее используют в разведывательных целях, вкупе с этой показательной ссорой заставили Нину получше присмотреться к Лоуренсу. Она отстранилась и снова увидела душного, властного, жестокого и ревнивого параноика, каким он показался ей при первой встрече.

Интересно, почему именно такие люди работают в полиции и вообще приходят к власти? Или такими неизбежно становятся на руководящих должностях? Кто еще тут носит шкуры, – думала она, – кто у нас чемпион притворяться тем, кем не является, ты или Сет?

Запрет общаться с Ридли не очень понятен. Точнее, Нина отказывалась понимать его единственным возможным способом, которым стоит расшифровывать запрет одного мужчины видеться с другим мужчиной.

Ей стало противно.

Не только оттого, что Клиффорд вел себя как ревнивый подонок – он всегда таким был, и она это знала. Но еще и оттого, что они наговорили друг другу гадостей. И теперь на душе томилась тяжесть. Нина провела с Клиффордом так много времени, что не могла оставаться к нему эмоционально нейтральна.