Книга Забег на невидимые дистанции. Том 1, страница 269 – Марьяна Куприянова

Во что бы они ни играли, Клиффорд раз за разом проигрывал девчонке, недоумевая, почему проверенные тактики не работают именно на ней, почему удача всегда на ее стороне, почему она одерживает верх, особо не стараясь. Словно бы играет с ним ради потехи, от скуки. Или за неимением выбора. Как заложница.

Сидя за маленьким столиком на подвижном кресле, офицер с удовольствием наблюдал за движениями подопечной. Как она умело разбегалась именно столько, сколько нужно, и именно с той скоростью, с какой нужно. Как притормаживала за два шага у белой линии, контролируя каждую мышцу тела. Как отставляла ногу, прогибалась и с лихого замаха плавно и сильно отправляла шар в короткое путешествие по начищенной воском дорожке. Каким-то образом она придавала ему энергию, которая не позволяла сбиться с курса. Шар летел, как ядро из пушки. Опрокинутые Ниной кегли трещали так, будто сейчас взорвутся от удара, а стенка позади них лишь с божьей помощью оставалась целой, а не проломленной насквозь.

Офицер вспомнил хоккейные фотографии. Нина оставалась не в курсе, что он читал тот репортаж. И не нужно. Главное, что Лоуренс о ней понял – за что бы она ни бралась, во всем действовала с максимальной самоотдачей. Хоккей, боулинг, шашки, олимпиады по физике… плевать, что. Она во всем была хороша. Со всем могла справиться и кого угодно в чем угодно превзойти, если ей того захочется. Можешь быть профессионалом, но, соревнуясь с ней, все равно будешь отставать на несколько очков.

Нина с детской экспрессивностью радовалась удачным броскам: крутилась на месте, взвизгивала, подпрыгивала (и довольно высоко), хлопала в ладони и улыбалась во все зубки. Ничего и никого не стеснялась. А люди оборачивались и тоже неуверенно улыбались, затем их взгляды падали на соперника девочки, и улыбки исчезали.

Отвести от нее взгляд все равно было невозможно, и чтобы не пялиться молча, Клиффорд стал задавать осторожные вопросы. О семейных делах, о школьных новостях, о хоккейных успехах. Нина отвечала ровно в той степени подробно, чтобы поддерживать диалог. Она держала дружелюбную дистанцию. И в этом не было ничего удивительного.

Сейчас Ларс действительно интересовался ее делами, а не преследовал какие-нибудь цели, втираясь в доверие. Хотя одно другому не мешает. Удивительно, как быстро они поладили, как только стали видеться на постоянной основе. Учитывая то, что встречи с ним несли девочке только проблемы и неприятности. Особенно последнее задержание, когда она поняла, что Клиффорд хоть и отпускал ее, а компромат все равно собрал. Да и в комиссии на утверждение ее в программу тоже не было ничего приятного… Но сейчас все это, кажется, забылось, хотя не так уж много времени прошло.

Заметив, как девочка запыхалась и покраснела, он незаметно заказал обоим воды, а затем применил запрещенный прием и попросил ее больше рассказать о мультивселенных. Нина помолчала, скосив рот набок, потом спросила, знает ли он что-нибудь о волновой функции. Услышав отрицательный ответ, она расставила ноги по ширине плеч, уперев руки в боки, и стала размышлять, что же ей с ним, таким недалеким, делать.

Видимо, она слишком привыкла общаться на подобные темы только с людьми в контексте, так что теперь не знала, какие слова подобрать. Ее поза и выражение лица были уморительны. Пока она думала, Клиффорд сделал бросок и выбил страйк, но не получил никакого удовольствия, потому что девочка не обратила на это внимания.