Книга Забег на невидимые дистанции. Том 1, страница 161 – Марьяна Куприянова

С того дня он находился в ссоре с отцом, хотя прошло уже несколько лет, и конфронтация превратилась скорее в глухой бойкот с короткими перемириями ради мамы. В участке его стали побаиваться.

Лоуренс оставался подчеркнуто холоден к отцу. Он слишком хорошо запомнил, сколько усилий ему пришлось потратить, чтобы вывести с себя следы родительской опеки и доказать всем, что заслуживает места в полиции. На данный момент вопросов ни у кого не осталось. Усомниться в профессиональных качествах Клиффорда мог только идиот с ампутированным инстинктом самосохранения. «Нечто большее, чем профессионал», – так о нем теперь говорили.

После полугодовой стажировки молодой офицер полиции начал свой путь в отделе нравов, как и планировал. Здесь, взаимодействуя с низшими слоями общества, он мог, превышая полномочия, раскрыть весь потенциал аналитических способностей.

Никто не запрещал ему злоупотреблять властью, применяя нестандартные методы допроса, розыска, слежки и ультиматумов; оказывать психологическое давление без внешнего контроля; практиковаться в развитии ораторского убеждения и нейролингвистического программирования. Другими словами, использовать людей «третьего сорта» как материал для достижения личных целей и продвижения по карьерной лестнице.

Публика была податлива на манипуляции и легко внушаема. Немногие из них имели хотя бы полное школьное образование. А неграмотного человека без критического мышления, живущего на базовых потребностях, можно заставить делать что угодно. Если уметь. Лоуренс умел – еще со старших классов.

Финальной целью на данном этапе было пробиться в отдел расследования тяжких преступлений. Для этого придется не только зарекомендовать себя как человека, пригодного для такой службы, но и сдать сложный экзамен на повышение квалификации. Ни того ни другого Лоуренс не боялся. По части теории и ее применения на практике он не знал себе равных среди офицеров. Его память и математический склад ума были созданы для этого. Однако в силу низкой преступности новые детективы, следователи и оперативные сотрудники в Мидлбери почти не требовались.

Клиффорд грезил расследованиями резонансных преступлений, желательно убийств, лучше всего серийных. В этом таилась его истинная реализация. На просторах сферы, в которую он попал, самоуверенный офицер с мышлением компьютера мечтал встретить достойного соперника в лице преступника с таким же нестандартным подходом и интеллектом. Кого-то, с кем можно пободаться всерьез, испытать собственные качества, не будучи уверенным в победе. Лоуренс нуждался в конкуренте своего уровня, и только будучи детективом не в Мидлбери, мог эту потребность удовлетворить. Он был уверен, что добьется своего, потому что привык следовать к цели семимильными шагами, сметая все преграды на пути.

После вступления на полноценную службу ему потребовался всего год самостоятельной работы (не считая стажировки), чтобы вычислить и накрыть одну из важных точек наркотрафика Нью-Хейвена.

Окружное УБН^[10] не могло сдвинуть дело с мертвой точки уже несколько лет, но эту новость встретили без энтузиазма. Результат упорной работы одного человека из какого-то отдела нравов в захолустном Мидлбери обнулил старания целой группы людей, которым платят исключительно за это. Достижение Клиффорда опозорило их, создав впечатление, будто Управление по борьбе с наркотиками протирает штаны. Сам Лоуренс полагал, что впечатление вовсе не ложное, и благодаря ему все наконец зашевелятся.