Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 232 – Тори Майрон

Страх пронизывает каждую ослабшую конечность, но вызван он не новостью о моей предстоящей смерти или о потере чертовых территорий, а мыслью о Каролине. О том, что этот кретин задумал на ее счет.

— Только посмей хотя бы пальцем тронуть мою жену, и я заживо сдеру с тебя всю кожу и заставлю жрать ее.

— Ух, какой ты злой, Дима. Я ведь к тебе со всей душой, а ты в ход пускаешь угрозы. Не надо так, – театрально обидевшись, неодобрительно качает головой, а затем внезапно наклоняется и со всей силы бьет меня по лицу.

Боль разрастается по всей левой стороне лица, картинка расплывается от мощности удара. Хотя, может, это действие средства, которым меня накачали, еще продолжает оказывать воздействие нам мой разум. Не могу определить. Сплевываю кровь и хриплю от нового удара по лицу, а после – по животу и ребрам.

— Я не просто пальцем трону твою… прости, поправочка: мою жену, но и как следует ее оттрахаю, как только вернусь домой. Столько видео с ней пересмотрел, руки давно уже чешутся потрогать ее в жизни. Всегда любил девушек с придурью, в постели они обычно настоящий огонь, – четко проговаривает ублюдок недалеко от моего лица, нанося своими словами куда более мучительные удары, чем нанес кулаками.

Вместо слов из горла вырывается свирепое рычание, а вслед за ним новый болезненный стон от очередного удара. Однако боль не мешает мне поднять убийственный взгляд на северную мразь и прошептать:

— Сделаешь это, и ты можешь навсегда забыть о беззаботной жизни. Это я тебе гарантирую.

Смех уебка разлетается в пространстве, ударяется о стены и прилетает в центр звучным эхом, обостряя сильную боль в черепе.

— Ты уж прости, но у тебя вряд ли получится вернуться с того света, – сквозь смех произносит он, а затем отвлекается на сигнал смарт-часов (моих, блять), которые окольцовывают его запястье. – О, так, ладно. С тобой, конечно, очень весело, Дима, но мне пора. Не хочу заставлять любимую ждать меня еще дольше. И так задержался тут с тобой. Но ты не переживай, я не оставлю тебя здесь скучать в одиночестве.

Ожидаю, что он прямо сейчас покончит со мной, лишив не только жизни, но и возможности уберечь Каролину от него. Однако я ошибаюсь. Видимо, для этого человека быстрое убийство кажется не таким интересным и слишком милосердным для брата, которого, по его словам, он совсем не ненавидит.

Власов отходит в другую часть помещения и открывает дверь, за которой с моего ракурса ничего невозможно разглядеть.

— Вносите.

Двое мужчин затаскивают обмякшее тело мужчины. Он сильно избит, лицо полностью покрыто кровью, а голова опущена, но я все равно мигом узнаю, кого ко мне привели.

Давид.

Брата бросают на пол, к противоположной стене от меня, и приковывают так же, как прикован я. Давид никак не реагирует, продолжая пребывать в отключке. Я же вновь свирепею настолько, что начинаю доставлять удовольствие своей копии тщетными попытками вырваться из оков, наполняя помещение резким лязгом цепей.

— Сука, за него ты тоже заплатишь, клянусь, – обещаю я непоколебимым голосом, словно реально верю в свои слова. Словно не скован цепями и кандалами. Словно без проблем могу встать и уничтожить мразь собственными руками.

Власов усмехается, переводя на меня задумчивый взгляд, и вдруг снова подходит ко мне ближе.