Книга Я переиграю тебя, страница 157 – Тори Майрон

«…Искренне надеюсь, что ты не спасовала и выполнила мою просьбу. Но судя по тому, что о тебе говорят на Морене, ты не трусиха, а значит, осмелилась посмотреть всю информацию и кое-что для себя уяснила.

Я не вру тебе. Не выдумываю того, чего не было и нет. И мне не было смысла так сильно рисковать, связываясь с тобой, если бы добытая мной информация была ложью. Надеюсь, ты это понимаешь.

Хотелось бы мне остановиться на том, что уже поведала тебе о Титове, но увы. Мне необходимо раскрыть тебе все карты, какими бы мерзкими они ни были. Я знаю, что такое любить этого мерзавца. И знаю, каково это – жить во лжи. Никому этого не пожелаю. Поэтому прошу тебя открыть третью папку «Титов», чтобы окончательно узнать мужчину, за которого планируешь выйти замуж.»

Окончательно узнать? Нервно усмехаюсь. Скорее, окончательно уничтожить в себе всё живое. Я уже чувствую, как в районе солнечного сплетения образовалась чёрная воронка, засасывающая в себя всё светлое вместе с верой в мужчину, которого полюбила всей душой. А когда открываю третью папку, эта дыра вмиг разрастается до необъятных размеров, погружая меня в беспросветный мрак.

В этой папке нет миллиона снимков. Есть всего один видеофайл с надписью «Сделай звук максимально громко». Что я и делаю, предварительно убедившись, что я до сих пор нахожусь на берегу одна. А затем, не теряя времени, открываю файл и… умираю.

Да… Наверное, именно так ощущается смерть. Не физическая. Моральная. Когда внутри становится так пусто и холодно, словно из тебя вырвали всю душу, безжалостно сжали её, бросили на пол и прошлись по ней катком. Несколько раз. Туда-сюда. Чтобы наверняка не выжила.

На видео нет меня. В нём только Титов, как всегда красивый и неотразимый, пусть и немного уставший. Но это он! Сомнений ноль. Я узнала бы его из тысячи. И так же быстро узнаю роскошную красотку рядом с ним. И делаю это даже несмотря на то, что на видео парочка заснята в десятке метров от скрытой камеры.

Ангелина.

Это она. Точно.

Её длинные блестящие чёрные волосы, аппетитная точёная фигура, длинные ноги, сияющая улыбка, томный взгляд, пухлые губы, которые страстно целуют Диму. А он расслабленно сидит вместе с ней на диване и сжимает её бёдра, как ещё совсем недавно сжимал мои, и так же пылко отвечает на поцелуй.

Он. Целует. Другую.

Из меня вырывается ещё один выдох, но на сей раз громкий, отдающийся звонким эхом в голове и словно вбивающий гвозди в моё сердце, когда замечаю дату на видео и понимаю, что оно сделано буквально на прошлой неделе. Когда Дима был на Корте, в отеле. Не один. Он, блять, был там не один. И не абы с кем, а с женой своего кузена.

Я смотрела на Диму так же, как всегда, смотрю на всех.

Я знакома с ним куда дольше тебя.

У нас с ним потрясающие отношения.

Мы с ним семья.

Семья. Семья. Семья.

Пока смотрю на их страстный поцелуй, словно застывшая статуя, в памяти всплывают недавние слова этой суки.

Это она называет семьёй?

И так Дима мне твердил о верности и просил взамен свою? Он издевается? Как можно было так искусно играть? Я не верю. Это не может быть правдой! Я же видела, как он на меня смотрит. Я же чувствовала… Много всего. Неужели я настолько тупая, что не сумела уловить фальшь? Не верю.

Но стоит снова всмотреться в их продолжительный пылкий поцелуй, и все прекрасные моменты, прожитые с Димой, превращаются в прах, что чёрным пеплом оседает на всех жизненно важных органах.