Книга Я переиграю тебя, страница 155 – Тори Майрон

Я хочу, чтобы ты сама увидела то, что Титов и твой брат скрывали от тебя годами и продолжали бы скрывать, лишь бы ты не начала создавать им ненужные проблемы, но моя жизнь мне тоже дорога. Поэтому, прошу, не мешкай и не трать попусту драгоценные минуты…»

С губ срывается бесшумный выдох, царапающий мне горло изнутри. Страх с непониманием покрывают кожу инеем. Становится холодно, зябко. Тело начинает дрожать сильнее, и я крепче сжимаю смартфон руками, боясь его уронить, пока как послушная овца выполняю то, что просит аноним.

Открываю договор и мутным взглядом бегаю по огромному количеству мелких букв на нескольких листах. Меня колотит, взор расплывается, поэтому не могу прочитать всё, что там написано, но самое главное улавливаю.

Аноним не врёт. Влад с Димой действительно заключили договор восемь лет назад, когда я даже знать не знала о существовании Титова. Они действительно задокументировали сделку на меня, словно я какая-то вещь. Долбаный Золотой товар. Кукла.

И пусть я знаю, что в нашем мире это нередкое явление, меня натуральным образом начинает бомбить изнутри, потому что Влад мне и слова не сказал об этом. Ни разу не заикнулся. Как и Титов, впрочем. На протяжении почти половины моей жизни они оба скрывали от меня тот факт, что я с детства обещана незнакомому мужику, который годами следил за мной.

В этом я убеждаюсь сразу же, когда жму на файл «Кара» и вижу бесконечный список папок с датами. Каждый день. На протяжении более восьми лет. Люди этого мужчины следили за мной, фотографировали, снимали на видео и посылали отчёты Титову.

Вот фотографии меня пятнадцатилетней, когда я гуляю с Ари по пляжу. А вот я спрыгиваю с нашего забора во время очередного побега из дома. В другой папке целая фотосессия меня на выпускном в школе, где я выделяюсь из толпы всех девочек тем, что вместо платья на мне надет грязный спортивный костюм. Я специально явилась в нём, на зло Владу. В ответ на то, что он запретил мне прийти на торжество с парнем более низкого уровня, который мне понравился.

Открываю другую папку, когда мне уже исполнилось восемнадцать, и снова нахожу огромное количество фотографий по дням.

Я с ребятами на стадионе. Я в универе. Я на вечеринках. Я плаваю в море. Я загораю. Я в кафе, ресторане, на городской площади. Я в обнимку со своим первым парнем, который, к слову, прекратил со мной общаться сразу после нашего первого и единственного сексуального опыта. Я всегда думала, что он слинял потому, что получил от меня то, что хотел, и я не имела ничего против, потому что сама планировала на этом закончить наше общение. Но, возможно, к резкому разрыву наших отношений приложил руку Титов. Теперь я уже ни в чём не уверена. Моя жизнь – сплошная ложь. В голове – хаос. В душе – распаханное поле. И всё становится ещё хуже, когда я дрожащим пальцем жму на очередную папку и вижу… Боже мой! Я вижу фото и видео из своей, мать её, спальни.

Спальни, блять!

Кислород напрочь покидает лёгкие, в ушах начинает шуметь, пока я изучаю фото того, как я сплю, переодеваюсь, смотрю в зеркало, читаю и… Господи! Мастурбирую. На фото просто всё! Каждое моё действие в моей собственной комнате.

Этот больной на голову сталкер следил за мной даже в моей родной спальне. А мой охуевший вкрай брат, по всей видимости, ничего не имел против. Ведь Дима ни за что бы не смог установить скрытые камеры в моей комнате без разрешения брата. Это просто нереально, а значит, Влад дал своё согласие.