Книга Ночь. Остров. Вурдалаки, страница 29 – Анна Савина

— Нет, правда, когда ты смотришь на море, твой взгляд становится… – Он остановился позади меня и замолчал. – С одной стороны тревожным, а с другой… Беззащитным. Ты словно боишься отвести глаза.

Я обернулась и произнесла:

— Моя мать утонула во время большого наводнения одна тысяча девятьсот девяносто восьмого года.

— Прости, я не знал.

— И с той самой минуты я больше не доверяю воде. – Я снова перевела взгляд на берег. – Я знала, что уеду с острова при первой же возможности. – Я вдруг почувствовала озноб, на миг мелькнула мысль сделать шаг назад и прижаться спиной к Воронову. Ощутить его мышцы, оказаться в кольце его рук. Почему-то мне казалось, что в них будет тепло.

— На большой земле тоже случаются наводнения, собственно, они случаются там гораздо чаще, чем на острове.

— Знаю, но там…

— Все по-другому, – закончил он, и мне показалось, что он сейчас сам меня обнимет. Черт, я даже ждала этого. Но вместо объятий Андрей спросил:

— Ты в самом деле их отпустишь?

— Да.

— Почему?

— Ну, во-первых, нет ни одной причины их подозревать. Причина смерти явно завязана на остров, а во-вторых, мы легко их найдём, даже если они мне сейчас вместо своих данных напишут сочинение «как я не провёл лето».

— Мне бы твою уверенность.

— Все просто, моя уверенность основывается на убеждённости, что твоя Таша…

— Ты в который раз называешь ее мой, прошу, не надо.

— Как скажешь. Я убеждена, что Таша переписала их паспортные данные и номера кредиток.

Воронов лишь покачал головой. А, между прочим, я оказалась права. Когда мы осматривали кабинет Натальи, в большой тетради я обнаружила скрупулезно занесённые данные. А также ровные столбики цифр расходов и доходов.

— А центр приносил неплохую прибыль, – заметила я.

— Ты говоришь это с одобрением, – заметил Андрей, он стоял в дверях, почему-то считая зазорным копаться в чужих вещах и даже сунул руки в карманы от греха подальше.

— Конечно, сперва с твоих слов я представляла какую-то блаженную, а на деле она оказалась деловой женщиной. Не понимаю, куда ты смотрел, она очень выгодная партия.

— Не начинай.

— Хорошо, и не буду. – Я захлопнула толстую тетрадь, намереваясь изучить её позже. – Сейчас опечатаю тут всё. И едем к вашей этой ведьме.

Конечно, я сказала «вашей», но в животе словно бултыхнулась льдинка. Были у меня предположения насчёт личности этой самой ведьмы, которую зовут Ола, и эти предположения мне не нравились. Но мне вообще мало что нравится.

Уже покидая центр «Крыло птицы» я заметила информационный стенд со всякой рекламной чепухой, расписанием занятий и QR-кодом, отсканировав который, я попала на официальную страницу центра в соцсетях. Там была куча фотографий погибшей, видеозаписи медитации, праздники, какие-то мастер-классы, обеды, ужины, ночные купания. И почти на каждой Наталья Семёнова.

— Блин, ее жизнь была интереснее, чем у иных двадцатилетних, – сказала я, садясь в автомобиль. – Ещё немного и я начну ей завидовать и, возможно, где-то понимать ведьму, которая навела на неё порчу.

Не знаю, насколько колдовство выгоднее, но домик у местной ведьмы оказался немаленьким. Построенный в старом стиле, массивный, двухэтажный, бревенчатый с узкими окнами, похожими на бойницы. А ещё он был мне очень хорошо знаком. Черт!