Книга Пандора, страница 148 – Дария Эссес

Меня всегда удивляло, как может спокойно житься человеку, который лопатой гребет деньги, в то время как буквально в двух шагах от него люди умирают от голода. Конечно, если ты имел высокий доход, то не обязан был кому-то помогать. Но, блядь, все знали, что половина совета крадет деньги из городской казны и наживается на горожанах, даже не отправляя средства в приюты для животных.

Вы идиоты?

Нужно будет задать этот вопрос Кейджу.

Сделав глубокий вдох, я вышла из машины, подошла к воротам и нажала на звонок.

Ладони вспотели от волнения, потому что я снова ввязывалась в неприятности. Агнес договорилась с Беатрис о том, что я заеду за шарфом, который оставила на ужине. Я специально пропустила занятия и выбрала утро среды, когда Элизабет и Гидеон были на работе, а Кейдж – в академии.

Дома должны были быть только Беатрис и…

Эмма.

Если ее не держали в другом месте.

— Дарси, это ты? – раздался хрипловатый голос, и я подпрыгнула от неожиданности.

— Да-да, здравствуйте, миссис Уильямс. Агнес должна была передать, что я заеду за шарфом. Можно мне ненадолго войти?

— Конечно, милочка. Я не смогу спуститься, плоховато себя чувствую, но тебя встретит домработница.

— Спасибо большое. Отдыхайте, миссис Уильямс.

Да-да. Домработница – как же.

Беатрис только со стороны казалась приветливой и учтивой, но всё, что вам стоило знать – Элизабет пошла в свою мать. Они обе выхаживали Кейджа, будто он был не самодостаточным мужчиной, а новорожденным птенцом, которого стоило кормить с ложечки.

Я неоднократно твердила это Кейджу, когда мы встречались, но они сделали его настолько мягкотелым и зависимым от мнения мамочки, что переучивать его было бесполезно.

Отворив ворота, я ступила на заснеженную каменную дорожку, которая огибала цветущий сад и уходила к фонтану. Наверное, любая девушка из Академии Золотого Креста хотела бы оказаться на моем месте и стать будущей женой человека, отец которого управлял крупнейшей энергетической компанией.

Однако для меня это приравнивалось к золотой клетке.

Каждый раз, когда я двигалась по этому особняку, словно вышедшему из сериала «Бриджертоны», меня настигало ощущение, будто я задыхаюсь от давления неосязаемых рук. Они поправляют на мне платье, туже затягивают корсет, приглаживают волосы, чтобы те не были такими растрепанными. Эти руки душат меня, лепят другого человека, делают так, чтобы я стала сломленной марионеткой, которой можно управлять с помощью ниточек.

Мое счастье заключалось в том, что я видела это дерьмо за милю.

Но кто-то поддавался и ломался.

Заблудившись в своих мыслях, я повернула за фонтан на главную аллею и резко с кем-то столкнулась.

— Черт… – пробормотала, схватившись за лоб.

Кажется, я угодила кому-то в челюсть.

Рядом послышался смешок.

— Так меня еще не называли.

Подняв голову, я столкнулась взглядом с Гидеоном Уильямсом.

Как происходило всегда, когда я встречалась с этим человеком, от одного его вида меня окутало мерзкое чувство. Страх, как небольшой паучок, пробежался по спине, впиваясь в кожу своими скользкими лапками. Мне захотелось бросить к чертям выстроенный в голове план и вылететь из этого змеиного логова, но в моей помощи нуждался невинный человек.

Я не могла оставить Эмму на произвол судьбы.

Однако если раньше Гидеон просто вызывал у меня отторжение, то сейчас я хотела убить его. Ведь именно он виновен в том, что мать плачет по своему потерянному ребенку, пока они делают с ней черт пойми что.