Книга Пандора, страница 188 – Дария Эссес

Бишоп провел языком по моему соску и втянул его в рот. Голова закружилась от переизбытка эмоций. Запустив пальцы в его волосы, я выгнула спину и двинула бедрами, чтобы он наконец-то вошел в меня.

— Трахни меня… – простонала я. – Пожалуйста, трахни меня…

Его зубы прикусили сосок, а ладонь шлепнула меня по обнаженной заднице. Я тихо вскрикнула. Приподнявшись, Бишоп заглянул в мои глаза и качнул бедрами, начиная растягивать меня до приятного жжения.

Его губы касались моих, пока он говорил:

— Держись крепче, любимая.

Он совершил движение бедрами и вошел в меня одним толчком. Я запрокинула голову и застонала, чувствуя каждый дюйм его шелковистой плоти. Позвоночник пронзила молния, которая пронеслась по всему телу и ударила прямо между бедер. Меня переполняло возбуждение, поэтому мне не потребуется многого, чтобы кончить.

Но Бишоп умел только так.

Либо всё, либо ничего.

Из него вырвалось животное рычание, когда он начал трахать меня настолько интенсивно, что пришлось схватиться за перекладину над головой. Бишоп сжал одной рукой мою задницу, а второй уперся в шкаф позади, используя его как рычаг. Я только и успевала, что отвечать на его лихорадочный поцелуй, постанывая от сокрушительного удовольствия.

— Эй, притормози… Притормози, Би, мы слишком шумим…

— Да, еще немного, – хрипло застонал он, вколачиваясь в меня всё сильнее.

— Еще минуту! – вскрикнула я, когда он задел ту сладкую точку внутри.

Шкаф бился о стену, и ему вторили наши общие стоны, смешанные со шлепками плоти о плоть. Моя киска так промокла, что я чувствовала стекающую по бедрам влагу. Горячая грудь Бишопа прижималась к моей, пока его губы скользили по моей шее, посасывали место за ухом, прикусывали челюсть.

Я всхлипнула, закатив глаза.

— Да… Да… Да…

— Эй, вы, блядь. Давайте потише. И побыстрее.

Мои глаза округлились, когда за дверью раздался голос Малакая.

— Что он здесь де… Ах, черт!

Бишоп переместил ладонь и начал обводить круговыми движениями клитор. Прикусив нижнюю губу, я вскрикнула и вонзила ногти в его затылок. Мое тело подпрыгивало от каждого толчка, пока внизу живота скручивалась спираль, готовая утянуть меня за грань блаженства.

— Умница, Дарси. Сожми мой член сильнее, – прорычал Бишоп.

— Блядь, вот так… Я кончаю, Би… Я кончаю…

Когда он совершил последний толчок, сжав между пальцами клитор и вонзив зубы в мою шею, я отдалась освобождению. Оргазм прокатился по телу от кончиков пальцев до макушки, из-за чего внутренние стенки сжались и вырвали из Бишопа протяжный стон. Сердце чуть не вырвалось из грудной клетки, когда я почувствовала, как он изливается в меня.

Чертовски хорошо.

Я обмякла в его руках, а он уткнулся лбом мне в плечо.

— Вот теперь точно привет, – выдохнул Бишоп, пока я мягко перебирала его волосы. – Кажется, пора отчисляться и переводиться сюда, чтобы трахать тебя каждое занятие.

— Я не против, – промурчала, находясь под дымкой эйфории.

Вдруг за дверью раздался раздраженный голос:

— Ты немного фальшивишь, Дарси, и давайте вы перестанете делать это при половине академии.

— Не подслушивай, ублюдок! – прорычал Бишоп, опуская меня на пол, затем принялся собирать мою одежду.

Я засмеялась. Щеки покрылись румянцем от мысли, что кто-то слышал, как я кончаю. Ну, дожили. Раньше я делала это только собственными пальцами и под одеялом.

Бишоп ласково чмокнул меня в губы и опустился на колени, чтобы помочь мне одеться. Когда он натянул на меня трусики, из него снова врывалось рычание.

— Ты будешь ходить по этим коридорам с моей спермой в своей сладкой киске. Пусть все знают, кому ты принадлежишь.

Я закатила глаза.

— Такой эгоист.

Возвысившись надо мной, Бишоп опустил взгляд и нашел кольцо, которое я носила на серебряной цепочке. Проведя по нему пальцем, он улыбнулся и прижался к моему лбу поцелуем.

«Through nine circles of hell for you».

«Ради тебя через девять кругов ада».

— Я люблю тебя, Дарси, – прохрипел он.

Обняв его за талию, я повторила:

— Я люблю тебя, Бишоп.

Мы быстро собрались и, наконец, вышли из темной коморки в коридор. Разорванную рубашку пришлось прикрывать пиджаком. Я поправила волосы, хотя они превратились в птичье гнездо, и уже приготовилась краснеть перед Малакаем.

Однако когда мы встретились с ним, я замерла от плохого предчувствия.

— Что случилось? – твердо спросил Бишоп.

Малакай смотрел на меня.

Только на меня.

Я впервые видела этого человека таким испуганным. В его глазах застыла паника, пока он сжимал зубами колечко в нижней губе, барабаня пальцами по бедру.

Тук. Тук. Тук.

Я шагнула к нему, приготовившись к чему-то непоправимому.

Нажав на телефоне какую-то кнопку, он включил диктофон. Я недоуменно нахмурилась, когда услышала голос отца. Малакай записал их разговор? Но зачем он звонил ему?

— Что ты…

— Привет, Малакай, – раздался на той стороне тихий голос.

Я смотрела в испуганные голубые глаза.

Такие же, как у меня.

— Вернее… – Отец вздохнул. – Привет, сын.

КОНЕЦ