Книга Измена. Бывшая любовь мужа, страница 53 – Милана Лотос

— Вероятно, кесарили, — предположила я, но не успела договорить.

В этот момент внизу живота что-то взорвалось — не боль, а всепоглощающая, разрывающая на части волна абсолютного, первозданного мучения. Мое тело выгнулось в немом крике, легкие отказались вдыхать. Я услышала свой собственный, чужой голос, завывающий от нечеловеческой агонии. А потом мир резко накренился, поплыл и рухнул в бездонную, беззвучную темноту.

Проснулась я оттого, что кто-то меня тревожил. Тряс за плечо и что-то говорил.

— Мамочка, ребеночка хотите увидеть? — Услышала я мягкий женский голос и открыла глаза.

Передо мной стояла пожилая медсестра, которая, вероятно, приняла за свою карьеру не одну тысячу детей.

— Хочу, — невнятным хриплым голосом произнесла и попыталась улыбнуться.

Я очень хочу увидеть своего ребеночка.

— На-ка, держи, под бочок своё дитятко.

Медсестра вытащила из кюветы запелёнатый сверток и, отогнув мою правую руку, положила рядом моего сыночка.

Маленького розовощекого ребеночка, который спал.

— Он здоровенький? — Прошептала я, чтобы не разбудить кроху.

— Конечно, здоровенький. Все у него хорошо. Скоро врач придет и все тебе расскажет.

— Спасибо. Скажите, а сколько я спала?

— Недолго милок. Пару часиков где-то. А теперь отдыхай. Покорми ребятёнка-то, приложи к груди. Молочко и потечет.

— Так, там нет ничего, — испуганно произнесла с трудом двигаясь. Живот нещадно болел, и делать что-либо было страшно.

— Будет. Прикладывай почаще, молочко и придет.

Женщина добродушно улыбнулась и вышла из палаты, в которой, как оказалось, я лежала не одна. Напротив меня лежала женщина, под боком которой тоже лежал ребенок. Она мне мило улыбнулась и продолжила смотреть на свое дитя. Лицо ее было таким умиротворенным, таким светящимся. Вероятно, каждая женщина, когда первый раз видит своего ребенка, выглядит именно так же.

— У вас мальчик? — Спросила меня женщина.

— Да. А у вас?

— Девочка, — радостно улыбнулась и засветилась еще ярче, — я хотела девочку, и бог дал мне это чудо.

— Я очень рада за вас. А мы с мужем хотели сына, — произнесла и замолчала. Вернувшаяся боль в сердце заставила замереть и выдохнуть. Я еще не оклемалась после операции, и любая другая боль была бы слишком сильной для меня. Надо оставить Макса в прошлом и думать о настоящем. Но как же это сложно. Сжав зубы, я проглотила слезы и поцеловала своего розовощекого сыночка.

— Я видела вашего мужа… он тут ходил за стеклом, пытался к вам попасть.

— Муж? Вы уверены? — Спросила я и поняла, что моя соседка по палате совершенно не знает, как выглядит Макс, и наверняка приняла Вардана за моего мужа.

— Ну да… наверно. Ходил такой встревоженный. Места себе не находил. Вот я и подумала.

— Это мой хороший знакомый. А мой муж… умер, — прошептала я надрывным голосом и отвернулась. Слезы все же потекли из глаз, и я решила их не останавливать.

— Простите. Я не хотела… соболезную вам, — поникшим голосом сказала соседка.

— Ничего. Вы же не знали.

— Говорят, время лечит. Вы еще молодая, у вас теперь есть сын. А это значит, частица вашего мужа теперь в вашем ребенке. И глядя на него, вы будете видеть…

— Вот это и плохо. Надеюсь, мой сынок вырастет достойным мужчиной, не таким, как мой муж — кобель. Чтоб ему где-нибудь загнуться, — резко проговорила я, вдруг ощутив внутри себя невероятную злость на Макса. Ведь если бы не его последний поступок, я бы еще походила беременной целый месяц и не родила экстренно. Все могло закончиться намного плачевнее. Хорошо, что рядом был Вардан.