Книга Падре, страница 33 – Ульяна Соболева

Лежала в темноте, слушая тишину. Я знала, что он где-то рядом. И я была готова встретить его. В саду раздался шорох и треск веток. Явно под чьей-то ногой.

Я поднялась с кровати и подошла к окну. Меня пронизывал страх, и в то же время адреналин шпарил по венам.

Взглянув на улицу, я увидела его. Незнакомец в капюшоне стоял там, его лицо было скрыто тенью. Он ждал меня так же, как я до этого неосознанно ждала его.

Какое-то время мы смотрели друг на друга. Он снова курил, и огонек его сигареты блестел в ночи, но, увы, не освещал его лицо. Мое сердце забилось быстрее, но я не позволила себе дрогнуть. Я должна была встретить его лицом к лицу. Я открыла окно и выглянула наружу.

— Кто ты? – прошептала я, чувствуя, как внутри меня нарастает злость. – Чего ты хочешь от меня?

Незнакомец, видимо, докурил и выбросил сигарету, он по-прежнему не двигался, теперь его руки были сложены на груди. Он смотрел на меня, но не произнес ни слова. Моя злость нарастала, я чувствовала, как внутри меня закипает ярость.

— Ты трус, – продолжала я. – Если ты хочешь что-то от меня, покажи свое лицо и скажи мне это лично.

Но он не двигался. Я закрыла окно и отошла, чувствуя, как внутри меня бурлит смесь страха и злости. Я знала, что он не уйдет. Что будет стоять там и наблюдать за моими окнами. Когда я снова выглянула на улицу, то вздрогнула и судорожно глотнула воздух. Он подошел к подоконнику и взял в руки розу. Повертел ее в пальцах, потом оборвал все лепестки и смял, не обращая внимания на шипы. Он словно показывал мне… что мог бы сделать со мной. Секунда, и порванная, смятая роза ударилась о стекло, и я отпрянула внутрь. Задернула штору.

Через какое-то время я снова выглянула наружу, но там уже никого не было. Только я знала, что он вернется.

Мы спрятали золото в подвале церкви. Темное, влажное место, куда не заглядывал ни один благочестивый прихожанин. Я смотрел на Начо, его руки двигались быстро и уверенно, как всегда, когда дело касалось денег. Он был моим союзником, моим другом и, может быть, единственным человеком, которому я мог доверять в этом чертовом городе. Да и вообще в моей дрянной, никчемной жизни, в которой было место только деньгам, грязи и разврату.

— Чезаре, нам нужно затаиться, – сказал он, его голос был низким и напряженным. – Я найду перекупщика, но пока лучше не высовываться. По городу уже ходят слухи, что здесь объявилась банда.

Я кивнул, чувствуя, как внутри меня закипает злость. Мы сделали это дело чисто, но всегда находились те, кто любил болтать. Эти ублюдки не понимали, что каждый слух мог стать для нас смертным приговором. Банда, блядь. Одна кража, и уже гребаная банда. Это слишком лестно для двух оборванцев, вычистивших сейф со слитками золота. Подвал церкви был идеальным местом для наших дел. Мрак, сырость, запах старой плесени и гниющей древесины – все это создавало атмосферу, которая бы напугала любого случайного свидетеля. Но не меня. Для меня это было убежище, место, где я мог быть собой. Где я мог скрываться от своих демонов. Я привык жить в подворотне, жрать дерьмо и скрываться.

— Мы не можем позволить себе ошибки, – продолжал Начо, запихивая последний мешок с золотом в темный угол подвала. – Они ищут нас, Чезаре. И если найдут, нас ждет ад.