Книга Мое роковое влечение, страница 25 – Хелен Кир

Она молча подчиняется. Только крепче за меня хватается. От того, что хотя и молчит, но действиями подтверждает свое желание, немного треморить перестает. Ника со мной. В моем доме, в моей постели.

Давлю сомнение в душе, не даю прорваться, гоню от нас беспокойство о будущем. Часто поворачиваюсь и прижимаюсь губами к ее макушке. Она дергается и не отстраняется. А когда ответно губы прижимаются к моей шее, то становится легче.

Засыпая, периодически пробуждаюсь, проверяя как она спит. На рассвете окончательно сознание меркнет. И лучше бы мне не просыпаться, потому что, открыв глаза, понимаю, что она ушла. Пропала.

Так и не одевшись толком, планомерно обхожу все комнаты. Дергаю дверь ванной, туалета, балкона. Даже в кладовку заглядываю. Ее нет.

Что же ты делаешь, моя любимая?

Бегу быстрее ветра. Не стала ждать такси, просто бегу, как спринтер по городу через несколько кварталов. Я задыхаюсь. Я плачу. Я реву навзрыд. Прохожие расступаются перед моим наверняка безумным видом. Мне плохо.

Растираю по лицу сопли и слезы. Невыносимо клокочет в горле, наружу вырываются воющие звуки и хрип. Это Макс. Тайпанов.

Господи….

Нет утомленности. Даже ноги не устали нисколько.

Я бегу.

Сумка падает. Сажусь на землю и подбираю выпавшее. Все ерунда, главное ключи от квартиры, где могу запереться на все замки.

— Вам помочь? — рядом присаживается незнакомая девушка. — Вам плохо? Да что Вы плачете? Эй!

Качаю головой. Не поднимая глаз, впихиваю назад все в сумку. Девушка помогает мне и бормочет о том, что все мужики козлы и что-то в этом роде. Я ей благодарна, но сейчас даже кивнуть не могу в ответ. Молча поднимаюсь и быстро иду дальше.

Макс! Макс!!! Макс!!!!

И Кирилл тоже возможно жив и здоров? И что же теперь? Как быть…

Хотя бред. Мы в разводе, даже если допустить, но прошлое владеет мной. Оно захватывает в страшные липкие сети и мурыжит, что есть сил. Будто снова туда возвращаюсь и вот-вот проснусь.

— Аккуратнее, сумасшедшая! — грубый толчок в плечо не сбивает с цели.

Маниакально исчезает асфальтная лента перед глазами. Перебираю бесконечное полотно торопко и скоро. Голова готова взорваться. Что Макс подумает обо мне, когда проснется. Знала же, что сбегу утром. Этой ночью отдавалась ему особенно жарко. Знойно растекалась и…

Я схожу с ума по нему.

Но я не могу… Нужно разобраться. Мне крайне важно остаться одной ненадолго. Тайпанов бы не отпустил. Я слабая. Не выдержала, поддалась бы. Шоковое состояние не оставляет. Ударяет по нервам все сильнее и сильнее, как только начинаю думать о нас.

Я ненормальная. Я больная.

Так проникнуться только лишь запахом человека, подсесть на касания, на осязание. На эмоции быть прикрученной, ждать его! Ждать и пропадать от неведения и понимать, что готова будешь снова и снова быть с ним. Влюбиться заочно. Втрескаться так сильно, что всю жизнь готовой с повязкой на лице ходить.

Бегом поднимаюсь на этаж и только заперев дверь, падаю около нее и дышу, словно загнанная лошадь. Трясущимися руками снимаю обувь, бросаю около входа пальто и, держась за стены, бреду в ванную. Долго умываюсь. Еще дольше растираю лицо до красноты.

Мимолетный взгляд в зеркало не радует. Чучело. Ну и что! Плевать. Моя жизнь треснула пополам. Забираюсь на диван, поджимаю под себя ноги. Обнимаю руками и вновь реву. Что со мной? В глубине души трепещется страх. Я понимаю, что с этого момента все пойдет не так. Будет значительно хуже.