Книга Измена. Ты выбрал не меня, страница 68 – Хелен Кир

Отставить размышления, Левицкая. Иди и накорми мужика.

Молчим, пока накрываю на стол. Искоса наблюдаю и пытаюсь понять отчего он такой измученный. Даже синяки под глазами больше обычного. Взъерошенный, тщательно скрываемо колкий, будто приехал после большого скандала или свалившихся неприятностей. Не спрашиваю. Пусть сначала поест спокойно, аппетит портить вопросами не собираюсь.

— Приятного, — ставлю перед ним блюдо.

— Спасибо, Лен, — на секунду накрывает мою руку своей, а потом подносит к губам.

И я чертовски смущаюсь. Ведь все уже случилось между нами, а все равно смущаюсь.

Усаживаюсь напротив с чашкой чая. Стас даже ест заморено. Мерно и тяжело двигает челюстями. Может невкусно? Хотя какой невкусно, вон тарелка до блеска подчищена. У меня пространственные рамки сдвигаются. Когда Демидов рядом бесконечно замечаю такое.

— Все в порядке?

Кивает и устремляет глаза в стол. Думает о чем-то.

Молча сгребаю тарелку. Мою и ставлю в сушку. И все это в абсолютной тишине. Сгущаются тучи, я это чувствую.

— Лена, — не знаю как, но меня к нему перемещает внезапной силой. Пара шагов, и рядом стою. — Скажи, что будешь со мной. Скажи, что простишь, — обнимает за талию и прижимается лицом к животу. Обхватываю руками, скрещиваю ладони на затылке. — Скажи, что позволишь попробовать снова, Левицкая. Пожалуйста.

— Стас, — пытаюсь отойти, но он не дает ни на сантиметр отодвинуться, — что произошло?

Он машет головой. Отвечать не хочет или не может. Я понимаю.

Есть моменты, когда ты ничего не можешь сказать. Когда тебя заживо распиливает надвое, когда горло затыкает огромным спазмом и ты хочешь лишь одного тепла. Лишь того мгновения, чтобы перестали выпытывать, приняли такими какие есть.

— Лен, — взгляд раненого обессиленного мощного зверя дезориентирует. Да, зверь сейчас такой, но это не значит, что останется в слабом состоянии навсегда. Сейчас его нужно погладить, сейчас его нужно любить, напитать силой и мощью. — Ты все, что у меня осталось. Я выбираю тебя, Лен! Выбираю тебя! — напирает Стас, фанатично сверкая глазами. — А ты меня выберешь?

Демидов вздымается, как просыпающийся вулкан. Грудь тяжелыми мехами-спазмами расходится. Дышит с яркими искрами напополам, жаром исходит. Я подключаюсь и начинаю гореть вместе в ним.

— Я … Зачем ты сегодня спрашиваешь? Скажи, что с тобой? — беспокойно заглядываю в глаза.

— Нет, все хорошо, — хрипит Демидов, — ответь на вопрос. Почему не говоришь, м? Выберешь?

— Выберу.

— Точно? Обещаешь? — требует признания прямо в эту минуту.

— Да! — выкрикиваю, мечтая загасить пышущий огонь, но не получается.

Стас резко поднимается и хватает на руки. Обхватываю поясницу, чтобы не упасть, цепляюсь как обезьянка. Он сильнее прижимает, бегло зацеловывает лицо, отыскивает ухо и угрожающе рычит.

— Ты обещала, Левицкая!

— Ты обещала!

Растерзанная у стены его телом, обмякаю окончательно.

Глаза в глаза и вдребезги. Мой взгляд плывет от жаркой близости Стаса. Он горячий, просто кипяточный. Обжигает через одежду, распаляет и я рассыпаюсь углями.

— Боже, что ты … что ты делаешь … — задыхаюсь как будто у меня легочная недостаточность.

Демидов лишь на мгновение отвлекается. Лицевые мышцы каменные, дергаются и шевелятся с трудом. Губы сжаты, даже злы. Такое бывает? Страсть и ярость в действии. Огненная смесь.