Книга Измена. Ты выбрал не меня, страница 65 – Хелен Кир

— А если постараемся?

— Ты хочешь исправить проступок, Стас. Реабилитироваться. Это так не работает.

— Ошибаешься, Лен. Не нужна мне реабилитация. Мне нужна ты. Понимаешь?

— Не вгоняй нас снова в это.

— Ты не поняла? Мы уже вогнаны. Накрепко. Я тебя больше не отпущу.

— Станислав Николаевич, — секретарь отца умоляюще смотрит, — пожалуйста. Он занят.

Мне жаль ее, но я вынужден быть грубым.

— С дороги!

— Я Вас прошу. У него Ирина Эдуардовна.

Вот это новость. Нет, я не сильно удивлен. Я взбешен! Какого черта она тут делает. Что ей нужно?

— Кто?

— Ирина Эдуардовна.

— Вот как. Вас к телефону, — указываю на трезвонящий аппарат.

Она, побледнев, бежит ответить. Бедная зашуганная тетка. Только она выдерживает поганые, надменные, псевдо-аристократические манеры моего папеньки. Бросает на меня тот же умоляющий взгляд и сообщает, что нужно срочно отойти.

Обещаю не врываться к отцу, заведомо зная, что не выполню ни одной гарантии. Наконец, несчастная уходит.

Что же здесь забыла драгоценная бывшая тещенька интересно.

Тихо подхожу к кабинету. Дожил, твою мать. Крадусь, как воришка.

Из-за двери отчетливо слышу голоса, ярко окрашенные неприязнью, что льется изо всех щелей. Пышет настолько плотно, что окутывает парами, как теплое одеяло. И сбросить пышущую тяжесть невозможно. Она душит.

— Дрянная девка! Как она смеет приближаться к Стасу.

— Успокойся, Ира.

— Успокоиться? Как бельмо на глазу. Зачем ты ей составил протекцию. Я говорила, что она не твоя дочь! Нужно было тест делать до того, как пристроил ее, а не после. Где ты вообще ее мамашу подобрал!

— У всех нас есть случайные связи. Что такого? Как молоды мы были, что говорить.

— Фу! Спал с простолюдинкой.

— Бывает, — беззаботный смех режет уши. — Не без греха.

— Ладно. Просто меня возмутил тот факт, что ее ничто не останавливает сейчас. Даже смерть дочери от ее же кривых рук.

— Уверен, что Левицкая сделал, что могла. Прекрати, — резко прижимает отец, меняя интонацию.

— Почему ты защищаешь эту безродную?

— Потому что она талант, Ира. А я их коллекционирую. Есть нумизматы, филателисты, а есть Демидов Николай. Собиратель и создатель данных талантов. У меня предназначение, понимаешь? Я вдыхаю в них жизнь, совершенствую. Все лучшие должны трудится именно у меня. Это тоже причина того, что протежировал Левицкую. Справки подтвердили уникальность Елены. Вот что главное! А смерть твоей дочери … Извини, но бывает.

Притворный всхлип слышится очень отчетливо. Врет! Она никогда не любила Аню. Никогда.

— Прекрати.

— Кого она могла родить от наркомана, скажи? Я еле уговорил Стаса связать себя узами брака. Спасти, так сказать, честь. У тебя научная работа на носу была, если помнишь. Тебя бы Лыжова со сворой черными шарами задушила! Хороша ты была бы в роли матери беспутной дочери. Прекрасно, что они были в приятельских отношениях. Иначе все было бы гораздо хуже. Где благодарность, что никто не узнал, м?

Ясно. За грехи прошлого взялись. Каются, но не очень успешно. Вот же старые бляди, одна выгода кругом. И эти люди называют меня беспринципным бессердечным мудаком. Да я агнец в сравнении с ними.

— Но я настаиваю! Убеди Стаса не связываться с ней. Какая бы она не была. Считай, что это мой каприз.

— Вот, возьми чай лучше.