Книга Измена. Ты выбрал не меня, страница 48 – Хелен Кир

— Пусти, — шепчу смущенно Стасу. — Вдруг что-то важное.

— Здесь сейчас важное, — стягивает с меня штаны, но не даю. Хватаюсь руками за резинку, не пускаю. — Убиваешь меня, слышишь? Хватит играть.

Заливаясь злостью и стыдом, таращусь на его голый скульптурный торс. Слушаю напряженное, возбужденное и вместе с тем сдавленное дыхание. А что я могу сделать? Не продолжать же вакханалию вышедших из-под контроля чувств. Я не готова.

Да какие к черту чувства!

Их быть не может. Все просто. Немного заигрались, позабыв о том, кем являемся друг для друга на самом деле.

Ресницы падают. Взгляд вниз, а там … член. О, боги! Нет-нет-нет!

— Не открывай, — невидяще глядя в сторону, зло выговаривает. — Пусть идут на хрен.

Нет, так не пойдет. Закрываюсь руками, съезжаю попой со стола, выскальзываю. Он разочарованно выпускает.

Упираясь в стол двумя руками, выгибает лопатки горбом. Его кожа мелко дрожит, обрисовывает каждую мышцу. Они как гладкие блестящие ленты перекрещиваются, сплетая узоры. Стас стал еще шире и рельефнее. Он и раньше не страдал огрехами фигуры, а теперь … Волчара сибирский, да и только.

— Одевайся, — стараюсь говорить ровно и ничего не выходит, голос дрожит. — Пожалуйста.

Пока выворачиваю свою кофту, он подбирает мокрую водолазку и натягивает ее. Холодно, наверное. Пф, ладно. Не мое дело.

Атмосфера осязаемо меняется. Демидов, сдвинув брови, дергает ремень. Немного поморщившись, заправляет … ну …. Черт побери, отвожу глаза в сторону. Короткое шипение, слышу, как вжикает молния.

Опускаю голову и по пути натягивая одежду, практически подбегаю к двери. Иначе ее вынесут. На пороге стоят наши.

— Лена, быстрее. Срочно на работу. Пациентка в критическом, а у нас такие операции только ты делаешь.

— Секунду, а Ольга? А Горицкий?

— Его нет! Елена Алексеевна, это жена Могилевского. Пожалуйста, поторопитесь.

— Что там?

— Кровотечение. Везут к нам. Отслойка думаю.

— Успокойся! — приходится прикрикнуть. — Что ж так поздно спохватились, Вадим!

Вадик отмирает. В глазах такая боль, что не по себе становится.

— Она молчала, Лен. Дура-то! — тащит себя за волосы. — Думала само рассосется, наверное. Беременность поздняя. Вот она и потекла крышей. Испугалась. Да не знаю я, что у нее в голове было!

Вадик взволнован. Ничего такого, просто жена Могилевского его родная сестра. Вот и все. Спешно забегаю в прихожую, оставляя открытой входную.

— Зайди, я быстро.

— Одевайся. Я пока на улице покурю. Тебя Марина подождет.

Собираюсь быстрее ветра. Ношусь по квартире, понимаю, что счет на минуты идет. Быстрее! Надо быстрее. Скручивая волосы в бублик одновременно пытаясь обуться.

— Я довезу.

Стас натягивает пальто. Берет мои ключи и мельком взглянув на погром, учиненный нами, хватает за руку, вытягивая из квартиры. Сам закрывает, отдает связку.

— Пришлю сегодня к тебе клининг. Не против?

— Мгм, — витаю в своих мыслях. — Что? А-а-а… Мне все равно. Надо бежать.

— З-здравствуйте, Станислав Николаевич, — заикается Марина, я о ней совсем забыла.

Она замерла статуей, но изо всех сил старается выглядеть как ни в чем не бывало.

— Здравствуйте, — не меняясь в лице кивает Демидов.

М-да. Сплетен надеюсь не будет.

Не оглядываясь, несусь в машину Вадика. Не успеваю сесть и пристегнуться, как он срывается с места. Путь до работы преодолевает быстрее ветра. Бегу, сбивая с ног встречных людей. Вадим за мной. Одновременно с нами во двор въезжает скорая.