Книга Майор, спеши меня любить, страница 35 – Хелен Кир

— Давай руку, — склоняется один из мужчин в форме. — Пора лечиться.

Машина Феди юзом тормозит перед домом. Влетаем в кусты, распахиваю дверь, продираюсь сквозь. Народу полный пиздец, весь подъезд стоит. Сканирую людей, с ужасом понимаю, что Яны нет. Ее нет!

Влетаю в кучу, перебираю по головам, выискиваю знакомую макушку. Нет!

Нахожу пожарных, показываю удостоверение. Огромная вероятность поджога. Внимательно слушаю, версию командира принимаю, но у меня задача все ставить под сомнение, поэтому проверять версии буду дополнительно. Нет, конкретную девушку он не видел. Эвакуация была. Скорая была. Да, горела не только квартира, еще обивка двери соседних жилых помещений.

Сбоку притуливается Федор, показываю ему на камеры. Брат согласно моргает, слушает нас с минуту потом пропадает. Взяв сведения, ухожу тоже.

Мотаюсь по плотной толпе, высматриваю. Выводы напрашиваются, но я их пока не выпускаю наружу, иначе выстегнет. Я спокоен! Я спокоен!! Я спокоен!!!

— Галя! — натыкаюсь на соседку.

Она разворачивается. На руках зареванная Дунька, судорожно прижимающая к груди джунгариков.

— Ой, Миш, а у нас кошмар. Пожар.

— Яна где?

Галя растерянно хлопает глазами.

— Яна? А я не видела.

Подтягивает Дуню к себе, пересаживает удобнее. Треплю мимоходом кроху по макушке. Она молчит, ни слова. Испугалась сильно.

— Помощь нужна? — в глаза не смотрю, в толпе выискиваю Янку.

— Да нет, мы просто ждем и …

— Ага, — отхожу назад. — Если что, я здесь.

— Миш, — тянет назад, — у докторов узнай. Вон видишь, — показывает на женщину с чемоданом.

Срываюсь к ней, коротко представляюсь. Распрашиваю. Та не сразу понимает, что нужно. Лицо уставшее, предположительно перемазанное полосками сажи. Я понимаю, но мне край надо. Нажимаю чуть резче, давлю.

— Ее в скорую отнесли, еще раз повторяю, — голос женщины дрожит.

Оттаскиваю фельдшера, где людей поменьше, пытаюсь успокоить. Она трясется не переставая.

— Не надо бояться, — бесит, что впадает в беспамятство, вроде доктор, что ж так хреново-то все. — Просто скажите, по пунктам, что видели? Как случилось?

— Ее вывели.

— Кто?

— Пожарный. Она с ним была.

— Потом?

— Она села на снег. Я подошла, осмотрела. Стресс, надышалась.

— Дальше. Куда делся пожарный?

— Ушел. Я что обязана была следить за ним?

— Не обязаны. Успокойтесь. Дальше.

— Мимо прошел коллега, которого попросила помочь довести девушку до машины.

— И?

— Он отказал. Бабушке какой-то стало плохо.

— Что говорила девушка?

— Ничего. Сказала, что продержится.

Геройка, твою мать. Ведь знала, что за задницу могут взять, надо было в эту тетку вцепиться и не отпускать. Знала же! Яна, найду трындец тебе.

Проглатываю тягучий комок, он еле пролазит, закладывает по пути все дыхательные. В глазах темнеет. Признаюсь, на самом дне зарождается сраная чуйка, она меня никогда не подводит. Влипла моя зараза по макушку.

— Дальше?

— А потом подошли сотрудники с другой скорой. Забрали ее.

— Почему Вы не пошли с Яной?

Вылетает с ревом. Фельшерица пригибается. Я от злости не знаю куда себя деть. Сгребаюсь в кучу, купирую прущую ярость. Баба-то причем? Сжимаю зубы, на секунду прикрываю глаза. Передышка длинной в миг дает силы.

— Вы знаете сколько народу было? Не одной ей было плохо, — вяло огрызается.