Книга Хрустальная ложь, страница 305 – М. Эль

— Прекрасно. Теперь — пока. — Голос Лилит был резок.

— Лилит! Не вешай трубку! Послушай… — пыталась достучаться до подруги Селина, но было уже поздно.

Лилит уже нажала “Отбой”.

Тишина.

Оглушительная, полная пустоты.

Она вдохнула — глубоко. Словно впервые за несколько дней, за недели бесконечного бегства, она смогла сделать полный вдох.

Потом повернулась к своим.

Диего вышел вперёд, его лицо было напряжено. — Госпожа? Новости?

Лилит подошла ближе. Её глаза светились опасным спокойствием, которое было хуже любой ярости. В них горел холодный, расчётливый огонь.

— Мы знаем, куда он не сунется, — сказала она. — Значит, именно туда мы и поедем.

Парни переглянулись. В их глазах читалось беспокойство, но и безмолвное доверие. Если госпожа сказала, значит, так и будет.

— Курс — штат Мэн, — приказала она. Голос был чётким, без колебаний. — Через два часа — выезжаем.

— И что там? — осторожно спросил Рен.

Лилит затушила сигарету о край машины, её движение было резким и решительным.

— Там место, которое он не перенесёт, — тихо сказала она.

Девушка подняла взгляд. Её глаза горели.

— А ещё… это единственный штат, где Виктор Энгель меня не найдёт.

…

— Маленькая змея… — голос Виктора прозвучал низко, почти нежно, а не зло, как могли бы подумать его люди. В нём слышалась лишь усталая обречённость, смешанная с какой-то извращённой, тёмной любовью. Он стоял у огромной карты США, раскинутой на столе, её огни, символизирующие его влияние, были яркими точками в темноте кабинета.

— Босс… — Рико осторожно приблизился, его лицо было бледным. — Мы перепроверили. Её последние следы, отчёты наших людей… Она направилась в Мэн.

Тишина.

Не просто тяжелая — мёртвая. Воздух в кабинете, казалось, стал плотнее, давя на лёгкие.

Селина, которую он взял с собой, услышала разговор случайно, проходя мимо двери, и застыла на пороге. Она чувствовала, как из кабинета брата исходит волна холодной, всепоглощающей энергии.

— Вик?.. Ты в порядке? — она осмелилась спросить, её голос был слабым.

Он не ответил.

Он смотрел на карту, на крошечный прибрежный городок в штате Мэн, куда ехала Валерия, и его лицо стало таким бледным, будто он увидел собственный приговор, высеченный на камне.

Мэн.

Штат, куда он не вернётся никогда, как клялся себе.

Штат, где остались призраки прошлого, преследующие его каждую ночь.

Штат, где живут те, кто убил его мать, Амалию Энгель, и остался безнаказанным.

Штат, где его ждали как добычу, если он когда-нибудь туда сунется. Место, где он был бы уязвим, как нигде больше.

Ему даже отец запрещал туда ехать. Прямым приказом. Смертельным приказом.

Это было табу. Запретная зона, запечатанная болью.

Но Валерия была там.

Без охраны, считай. С людьми, которые могли защитить её от уличных хулиганов, но не от тех, кто ждал его в Мэне.

У моря. С ножом, бутылкой рома и вечной привычкой нарываться на неприятности, притягивать к себе хаос, словно магнит.

А потом Виктор резко ударил кулаком по столу — массивный каменный стол раскололся, как стекло, от центра удара пошли трещины, словно паутина. Ярость, подавляемая месяцами, вырвалась наружу.

— Чёртова девчонка! — рыкнул он, его голос был полон отчаяния. — Это самоубийство.

Селина медленно подошла, её лицо было бледным, но решительным.