Книга Хрустальная ложь, страница 157 – М. Эль

Они стали работать вместе — неофициально, но постоянно, с головой погрузившись в симбиоз стратегии и силы. Он — голова организации, её лицо и кулак. Она — тень, совет, холодный разум, стоящий за каждым его решением. Валерия стала не просто советником, а невидимым архитектором его империи.

Для его людей Валерия быстро стала чем-то вроде легенды, окутанной слухами и уважением.

Когда она впервые появилась в их штабе — огромном, мрачном складе, который служил им базой, — она была в строгом костюме цвета графита, в кожаных перчатках, с таким взглядом, будто могла убить молчанием. Мужчины, привыкшие к грубой силе и иерархии, автоматически выпрямились.

А когда Виктор, стоя на импровизированной трибуне, произнёс: «Знакомьтесь. Госпожа Андрес», — многие инстинктивно склонили головы, повинуясь её фамилии и ауре.

Она вздохнула, этот жест был полон усталости от излишнего пафоса.

— Госпожа? Серьёзно? Я здесь не для поклонов. Тем более мои солдаты далеко.

Капо — здоровенный парень по имени Риз, с глубоким шрамом на щеке — кашлянул, переводя взгляд с Виктора на Валерию.

— Привычка, мисс Андрес. С таким именем… язык сам склоняется.

— Тогда держите язык за зубами, — усмехнулась она, и в этой усмешке было больше угрозы, чем в крике, — и делайте свою работу так, чтобы мне не пришлось исправлять ваши ошибки.

Виктор стоял рядом, наблюдая. Он видел, как она вливается в его мир так, будто всегда здесь была. Она считала бюджеты, корректировала сделки, меняла маршруты поставок, даже писала рекомендации для «легальных» бизнесов, чтобы отмывка шла идеально чисто и не вызывала вопросов у налоговой.

Но за всей этой ледяной точностью — была она, Валерия. Та, что могла в один момент разоружить любого сарказмом, а в другой — одним движением выхватить пистолет из-за пояса, если слышала шаг не в такт.

Её криминальные друзья — те, с которыми она раньше просто веселилась по ночам, устраивая мелкие, но эффектные операции — теперь поняли, кто их настоящий командир. Но между ними всё осталось по-прежнему: дружеское подшучивание, тёплое уважение, лёгкая братская наглость.

Иногда, когда напряжение становилось слишком высоким, они специально звали её в тренировочный зал для спарринга. Она, перекинув пиджак на спинку стула, распускала волосы, хищно улыбалась и говорила:

— Ну что, мальчики, посмотрим, кто первый пожалеет, что меня позвал?

И каждый раз им приходилось признавать поражение. Она была быстра, точна и абсолютно беспощадна.

Даже Виктор однажды шепнул ей с улыбкой, наблюдая за её тренировкой:

— Мне кажется, я нашёл себе кошмарную жену.

— Я не твоя жена, — парировала она, не глядя, закуривая тонкую сигарету.

— Это пока, — сказал он, как всегда, спокойно, не оставляя сомнений в своих намерениях.

Селина обожала Валерию с первой встречи. Она, полная противоположность брату, иногда приходила к ней домой без предупреждения, устраивала посиделки с вином и плейлистом из старых итальянских песен. И в такие вечера Валерия позволяла себе забыть, кто она. Смеялась, спорила о живописи, даже танцевала, отбросив прочь свою броню.

Виктор иногда наблюдал за ними со стороны — и впервые за долгое время его мир, полный жестокости и расчёта, казался не таким мрачным.

Но даже тогда, когда смех стихал, между ним и Валерией оставалось нечто большее, чем флирт. Это было как игра в русскую рулетку, где страсть была замешана на опасности. Она поддразнивала его, проверяя, сколько он выдержит, прежде чем потеряет контроль. Он — провоцировал, подталкивал её границы, желая увидеть, когда она, наконец, сдастся.