Книга Надежный тыл, страница 118 – Весела Костадинова

Боря замер, его лицо изменилось. Сначала удивление, потом тревога, а затем что-то, похожее на раздражение.

— Семь миллионов? — переспросил он, нахмурившись. — У нас ведь есть деньги, разве нет?

Я молча смотрела на него, не зная, как объяснить ситуацию. Николай же не собирался тратить время на разъяснения.

— Деньги заморожены, — коротко сказал он. — Бракоразводный процесс. Сейчас ваш единственный вариант — найти их самостоятельно. И давай начнём с твоей машины, Борис. Она на тебя оформлена?

Боря посмотрел на Николая, затем на меня, и его лицо стало напряжённым.

— Машину продать? — спросил он, словно не до конца веря в то, что слышит.

— Да, Боря, — ответил Николай жёстко. — Семь миллионов — это не та сумма, которую можно просто так найти за пару дней. А время у вас ограничено. Сейчас я вызвоню своего агента, он постарается продать ее максимально быстро.

— Стоп, подождите, — Боря отстранился от меня, нахмурившись. — А я-то на чём ездить буду?

Я замерла, не веря своим ушам. Николай, напротив, лишь устало вздохнул и хлопнул ладонью по столу.

— Боря, ты вообще слышишь, о чём речь? — резко спросил он. — Твоему отцу нужна операция! Семь миллионов, понимаешь? Не семь тысяч, не семь рублей.

— Я понимаю, но… — начал Боря, но Николай снова перебил его.

— Нет, ты не понимаешь, — жёстко сказал он. — Если мы не найдём эти деньги, твой отец может не выжить. Ты готов рискнуть его жизнью ради удобства?

— Но… я….

— Поездишь пока на корпоративной, — устало махнул рукой Николай.

— Хорошо, — угрюмо ответил мой сын. — Не звоните своему агенту, сам продам. Ваши все равно полной цены не дадут….

— Нам и не нужна полная, — рыкнул Николай, — нам нужны семь миллионов!

Боря поморщился, но больше ничего не сказал. Вместо этого он повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнуло что-то тревожное, почти испуганное.

— Мам, — спросил он тихо, но настойчиво, — скажи… какие гарантии дают врачи?

Я замерла, не зная, как ответить. В голове промелькнули слова главврача о рисках и сложности операции.

— Боря, — начала я, стараясь говорить уверенно, но голос предательски дрогнул. — Они говорят, что это единственный шанс. Без операции… шансов нет.

— А с операцией? — уточнил он, не отрывая от меня взгляда.

— Есть… шанс…

— Мам, то есть тоже не много, так? А давайте сейчас посмотрим правде в глаза, а? Каким он очнётся после всего, а? Мама? Ты хоть понимаешь? Инвалидом? Неполноценным?

Я почувствовала, как грудь сдавило от его слов. Каждый из них резал, как нож, потому что именно этого я боялась больше всего.

— Боря, — вмешался Николай, его голос был холодным и строгим. — Ты сейчас говоришь о человеке, который всю свою жизнь посвятил тебе и твоей семье. Ты правда считаешь, что у тебя есть право ставить под сомнение его шанс на жизнь?

— Я говорю сейчас о человеке, который выкинул мою мать на свалку, как только залез как кобель на молодую сучку! Который ни разу не протянул мне руку помощи, для которого эта чертова компания дороже всех нас вместе взятых! Я продам эту чертову машину, но только на своих условиях, так, чтобы хватило денег купить что-то еще! Ясно вам обоим! И получу за нее полную стоимость. И скажите спасибо, что я на это согласен!

С этими словами он круто развернулся и вышел из кабинета, хлопнув дверями. Я стояла, абсолютно беспомощная, не в состоянии поверить, что все это только сказал мой сын.