Книга Игроки и жертвы, страница 136 – Весела Костадинова

Кирилл был вне себя от ярости и бессилия, и чем сильнее сжимались его кулаки, тем отчётливее становилось: враг хорошо знает все наши шаги и готов перекрывать нам кислород со всех сторон.

— Ты отобьешься? — спросила Илона, глядя на яростного Кира.

— Да, но, если так пойдет и дальше….

— Кир, шерсти всех на комбинате — крыса не из штаба, а оттуда, — заметила я. — Финансовых документов у нас быть не могло… И…. — я чуток покраснела, — я говорила с Миленой.

— Когда?! — одновременно обернулись ко мне и Илона и Кирилл.

— Несколько дней назад, — пришлось признаваться в самодеятельности. — Она зла на вас обоих. На меня тоже, но….. — я отпила кофе.

— Агата? — предупреждающе повысил голос Кирилл.

— Но меня она жалеет. Чисто по-женски. Поэтому и согласилась встретиться. И согласна вернуться к работе, Кир.

И он и Илона недовольно поморщились.

— Она нам нужна, — покачала я головой, отпивая свой кофе. — Как бы ни было, полпред все еще отслеживает ее судьбу. И твою, Кир, тоже. Она не сливала данные, а письма…. Письма были результатом ее дурости и самонадеянности…. Это она признает.

— И во что мне встанет ее возвращение? — холодно уточнил Кирилл.

— Если выиграешь — постоянная должность в Законодательном собрании, не ниже заместителя руководителя аппарата. Проиграешь…. Полпроцента акций комбината.

Кирилл сцепил руки.

— Полпроцента…. Пускать полпреда в акционеры — как волка в курятник…. Но я думал, он больше запросит. А то, что оформить хочет на любовницу…. Не хочет привлекать внимание центра…. Ладно, согласен. — Хлопнул ладонью по столу. — Дура дурой, но даже такая поддержка лишней не станет.

— Она выйдет с понедельника на работу, — кивнула я. — Постарайтесь оба ее не дергать. Особенно ты, Илона. Ты прилетела-улетела, а нам с ней жить.

— И кто бы мне сейчас это говорил? — огрызнулась та, — не ты ли ее мордой об асфальт раза три припечатывала?

— Девочки, успокойтесь. Илона, что с рейтингами?

— Кротов в шоколаде, там вообще все зашкаливает, поумерить бы надо, а то побьёт знаменитые 146 %. У тебя… ниже, чем до, но значительно выше чем сразу после. Выборы меньше чем через месяц…Ты проходишь, Кир, но не с теми процентами, на которые мы метили….

— Хер с этим, — махнул он рукой, — главное пройти.

— У вас пленарная неделя на носу, готовы?

— Вот зачем ты это сейчас сказала? — я потерла уставшую шею. — У меня конь не валялся, аналитика не сделана вообще. Видимо ночью сегодня сидеть буду….

— Не надо, — Кир допил кофе и поставил чашку на блюдце, — у Лены возьми, она мне уже все материалы подготовила.

— К заседанию и фракции — да, а комитеты у нас с тобой разные. Ты ж ее не заставишь еще и на нас пахать. Она мне этот месяц и так спину прикрывала.

— Тогда, поехали домой. — Он назвал свою квартиру нашим домом так легко и непринужденно, что я невольно вздрогнула. — Илон, тебя увезти?

— Нет, валите сами, я своим ходом.

Сидя в тишине салона, мы оба молчали, думая о предстоящей неделе, о том, что сейчас любой может стать предателем, что чаша весов может в любой момент склониться в ту или другую сторону. Кириллу было тяжелее — он смотрел в окно, его лицо было сосредоточенным и уставшим, но под этой внешней холодностью скрывалось глубокое разочарование — кто-то из его самых близких коллег, с кем он делил годы работы и доверял как себе, оказался предателем. Я видела, как это его гложет, как он пытается удержать контроль над эмоциями, чтобы не дать им прорваться наружу.