Книга Вопрос цены, страница 74 – Весела Костадинова

— Руки от нее убрал, сука!

Мощная сила, похожая на ураган, отшвырнула Перумова от меня как перышко.

Пётр рухнул на пол, отлетев на несколько метров от стены, в которую только что вжимал меня. Я осела на холодный пол, едва дыша, хватая воздух ртом, мой разум ещё не успел осознать, что произошло. Но передо мной стоял Олег, его глаза горели тёмным пламенем, каким я их ещё никогда не видела.

Перумов, пошатываясь, поднялся, пытаясь восстановить равновесие и достоинство, но Олег уже был рядом с ним. Он схватил Петра за воротник, притянув его к себе, их лица были на одном уровне.

— Ты больше не дотронешься до неё. Никогда. — В голосе Олега прозвучало такое хладнокровие, что мне стало страшно не только за Перумова, но и за то, что может произойти дальше.

Пётр усмехнулся, хотя его взгляд был полон злости.

— А в чем дело, Королёв? — прошипел он. — Мы ещё не закончили.

Олег молча ударил его в челюсть, и Перумов снова рухнул на пол.

Они были одной весовой категории, но сейчас Олег был настолько сильнее, настолько яростнее, что сминал Петра как фантик от конфеты.

— Олег…. — прохрипела я, держась за горло.

Олег на мгновение остановился, услышав мой слабый голос. Его пальцы всё ещё сжимали воротник Перумова, готовые продолжить беспощадную расправу. Пётр лежал на полу, пытаясь вырваться, но не мог — ярость Олега была сильнее любого его сопротивления.

— Олег… пожалуйста, хватит… — я постаралась встать, прикрывая дрожащие руки, чувствуя, как каждая клетка моего тела содрогается от страха и адреналина, но в глубине сознания билась одна мысль: «Нельзя допустить скандала….»

Королёв обернулся ко мне, его глаза по-прежнему были наполнены тьмой, но ярость в них уже начала затухать. Он медленно разжал пальцы и отступил от Перумова, который теперь с трудом поднимался, держась за разбитую челюсть.

— Если ты ещё раз прикоснёшься к ней, — произнёс Олег тихо, его голос был ледяным и хладнокровным, — я тебя уничтожу. Ты больше не существуешь.

В комнату уже влетели молчаливые охранники, которые были приучены справляться с любой проблемой. Олег с брезгливостью вытер руки о рубашку Перумова, поднялся и поднял руки, показывая, что не собирается больше прикасаться к противнику.

— Заберите эту падаль, — негромко приказал он, — приведите в порядок. Ничего здесь не было.

Охранники молча подчинились, подхватив Перумова под руки и быстро увлекая его прочь из комнаты. Вся сцена произошла настолько стремительно, что даже теперь, когда все было кончено, казалось, что время замедлилось. Олег стоял неподвижно, его руки всё ещё слегка дрожали, но ярость, которую я видела раньше, постепенно сходила на нет, уступая место тому холодному самообладанию, которое всегда было его маской.

— Лив, — тихо произнёс он, обернувшись ко мне. В его голосе было что-то странное, словно сожаление или усталость, но его взгляд оставался непроницаемым.

Я дернулась.

— Он не вернётся, — добавил Олег, подходя ко мне ближе. — Ты в безопасности.

Но что-то в его словах казалось неправильным. Безопасность? Могу ли я быть в безопасности рядом с ним, человеком, который так легко погружается во тьму? Из лап одного хищника я попала в лапы другого.

Меня трясло так, что я не могла справится с порванными бретельками платья, пытаясь хоть как-то привести себя в порядок. Крупные слезы текли по щекам. Мои трусы валялись рядом со мной, порванные, грязные, я не могла заставить себя даже посмотреть на них, не то что прикоснуться.