Книга Вопрос цены, страница 151 – Весела Костадинова

— Ева… — прошептала она, опуская взгляд на свою дочь. — Ева заслуживает лучшего.

Решение пришло само собой, словно было единственным правильным из возможных.

— Я не оставлю ее, Лика. Я присмотрю за ней. Обещаю тебе.

— Я не знаю, — прошептала девушка, — не знаю… сколько еще…. Побудь со мной…. Ты такая же сильная, как огонь…. Мне очень больно, — призналась она.

— Я рядом, — позволяя малышке играть с моими волосами, я положила руку на лоб девушки.

Света, по лицу которой катились крупные слезы, поставила Лике укол. Та выдохнула, когда боль постепенно стала оставлять ее измученное тело. Глаза закрылись сами собой.

— Спи, Лика… — я снова и снова гладила ее по голове.

Лика постепенно расслаблялась, её дыхание становилось ровнее, а напряжение в теле исчезало под действием лекарства. Я продолжала гладить её по голове, словно это могло согреть и успокоить её измученную душу. Ева, уютно устроившаяся у меня на руках, всё ещё играла с моими волосами, её маленькие пальчики осторожно перебирали пряди, и это приносило удивительное чувство умиротворения.

— Ты сильная, Лика, — тихо прошептала я, зная, что она, возможно, уже не слышит. — Ты сделала больше, чем могла. И я сделаю всё, чтобы Ева была в безопасности, обещаю. Ты можешь довериться мне.

Света, всё ещё молча стоявшая рядом, вытерла слёзы и кивнула, подтверждая мои слова.

Минуты тянулись медленно. Лика уснула, её лицо стало спокойным, словно хотя бы на мгновение ей удалось сбежать от боли. Я осталась рядом, продолжая гладить её по голове, пока Ева не задремала у меня на руках.

— Спасибо, Оливия, — едва слышно прошептала Света, присаживаясь рядом. — Ты так много для неё делаешь.

Мы сидели в зимних сумерках прислушиваясь к мерному, пусть и тихому дыханию матери и малышки. Я положила голову на плечо Светы, а она погладила меня так же, как до этого я сама гладила Лику.

Внезапное появление в комнате встревоженной и по-настоящему напуганной Катерины, заставило нас вернуться к реальности.

— Что такое, Катя? — громким шёпотом спросила Света.

— Свет…. Там…… — лицо Катерины было бледным, — там три машины с мужиками…. Они требуют, что бы Оливия вышла к ним.

Света забрала у меня малышку Еву. Из коридора к нам уже заглядывали и другие женщины, напуганные и взволнованные. Наталья бежала из кухни, перехватывая девочку у Светы.

— Я сейчас все выясню и вернусь, — в голосе Светланы прозвучала сталь. — Олив, не смей высовываться наружу.

Сердце билось так, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Олег ведь предупреждал меня — не выходить, не ездить без охраны, не подвергать себя опасности. Но я, забыв обо всём в порыве помочь Лике, нарушила это обещание. И вот теперь передо мной последствия.

Света с её решительным выражением лица исчезла за дверью, оставив меня в компании тревоги и чувства вины. Женщины в Центре тихо шептались, переглядываясь между собой, а в воздухе повисла давящая тишина. Я понимала, что на улице происходило нечто серьёзное, и каждая минута бездействия ощущалась, как вечность.

Я решительно направилась к выходу, но путь мне перегородила Катя.

— Стой на месте, Олив. Здесь наша территория и мы никому не позволим причинить вреда тем, кто под нашей защитой.

— Катя, с дороги. Эти люди не шутят и приехали не с визитом вежливости.