Книга Вопрос цены, страница 154 – Весела Костадинова

— Пойдём, — бросил коротко Всеволод, указывая на вход.

Я кивнула, сохраняя холодное спокойствие на лице, и пошла следом за ним по широкой тропинке, вычищенной от снега, которая вела к массивной двери. Внутри всё сжималось, но я знала, что как только пересеку порог этого дома, назад пути не будет.

Мы остановились перед дверью, и Всеволод постучал, не оглядываясь на меня. Дверь тяжело открылась, и передо мной возник высокий мужчина — охранник, судя по всему. Он молча кивнул Всеволоду, пропуская нас внутрь.

Тёплый воздух, наполнивший холл, казался странно контрастным с холодом, который меня окружал снаружи. Но этот комфорт не принёс облегчения. Напротив, всё внутри напряглось ещё сильнее.

— Пётр Алексеевич ждёт вас, — сказал охранник, указывая на лестницу.

Перумов ждал меня. Он сидел на диване перед столом, накрытым на две персоны, рядом с горящим камином, в повседневной одежде — джинсах и футболке. Контраст между этой почти домашней сценой и ситуацией, в которую я оказалась, был разительным.

Его спокойствие и кажущаяся простота были обманчивы. Я знала, что передо мной человек, привыкший к власти и манипуляциям, жестокий и беспощадный, и его расслабленное поведение только усиливало мою настороженность.

— Оливия, — произнёс он, указывая на свободное место напротив себя, — присаживайся. Мы давно не виделись. Не обещаю, что разговор будет приятным, но все же…. Ты пока моя гостья.

Я стиснула зубы, стараясь не показывать ни страха, ни злости. Каждое моё движение было размеренным, словно я не чувствовала дискомфорта, несмотря на усталость и холод. Я подошла к столу и села, не сводя с него глаз.

— Это новая мода, притаскивать гостей силой? — не удержалась от колкости.

Перумов рассмеялся.

— Оливка, ты в своем репертуаре: холодная и язвительная. Такой я тебя и помню, такой, — добавил он тише, — и хочу.

Я сцепила руки на коленях, стараясь не выдать эмоций.

— Что тебе нужно? — спросила, не намереваясь тратить время на его игры.

— Хорошо, Оливка, — он налил вина мне и себе. — Перейдем к делу. Ты всегда любила сильных мужчин, не так ли?

Я молчала, стараясь не поддаваться на его провокации. Его манера говорить с насмешкой, как будто всё происходящее было лишь частью какой-то игры, раздражала меня.

— Перейдём к сути, Пётр Алексеевич, — твёрдо сказала я, игнорируя его попытки вывести меня из равновесия. — Что тебе нужно?

— То, что мне нужно ты прекрасно знаешь, — отрезал он. — К этому мы вернемся позже. Поговорим о другом. Ты спала с моим зятем, но он никогда не был тем мужчиной, кто по-настоящему привлекал тебя, не так ли?

— Ты решил поиграть в психоанализ, Петя? — я выплюнула имя как отраву.

Перумов усмехнулся, откинувшись на спинку стула, и сделал ещё один глоток вина, словно наслаждаясь каждым моментом этой беседы. Его взгляд был цепким, словно он пытался проникнуть глубже, оценить мои реакции, но я не собиралась давать ему такой возможности.

— Ах, Оливия, — протянул он, его голос стал более расслабленным, но в нём всё ещё чувствовалась скрытая угроза. — Ты всегда была такой острой на язык. Это даже забавляет. Но дело не в психоанализе, а в том, что ты не до конца понимаешь, что происходит вокруг тебя.

Он наклонился вперёд, поставив бокал на стол, и заговорил тише, как будто хотел, чтобы я услышала только его голос.