Книга Назад к жизни, страница 20 – Весела Костадинова

Я вдруг поймала себя на мысли, что мне скучно и неинтересно говорить с Анжеликой. Она что-то болтала о своих планах на мой день рождения, а у меня были совсем иные планы. О чем мы раньше могли болтать по несколько часов? Что обсуждать?

Людей. Вечеринки. Шмотки.

Ровно все то, что сейчас меня интересовало меньше всего.

— Слушай, — я словно издалека услышала ее голос, — а ты не думала…. Ты ведь можешь сказать, что Стоянов приставал к тебе.

— Что? — меня словно током ударило.

— Если ты не сдашь экзамен, ты всегда можешь сказать, что Стоянов приставал к тебе, а ты ему отказала.

Шок от слов подруги лишил меня дара речи.

— Лик, ты в своем уме, вообще? Ты представляешь, к каким последствиям это может привести?

— Подожди, тебе-то какая разница? Или что, пожалела этого старого мудака? Не ты ли мне говорила, что он редкая тварь? Ну если сама боишься, я могу это сделать, не сложно.

— Лика, ты это серьезно? — я действительно не могла поверить, что моя самая близкая подруга способна на такое.

— Кира, а в чем проблема-то? Тем более, — хихикнула она, — могу поклясться, что он с большим удовольствием залез бы тебе под юбку.

Внезапно мне захотелось от души ее ударить, привести в чувство.

— Лика, — вдох-выдох, — ты понимаешь, что таким слухом ты можешь полностью разрушить жизнь человека?

— И что? Это ж будут не твои и не мои проблемы. Пойми, Кир, я реально хочу защитить тебя. Мне не нравится, что ты можешь провалить экзамен, да и вообще, этот мужик какой-то…… мерзкий, мутный, что ли….

В ушах пульсировала кровь.

— Ты не сделаешь этого, Лика, — отчеканила я, глядя прямо в ее глаза. — Просто, не смей!

— Оба на! А ты, часом… не влюбилась в него? — захихикала она.

Внезапно я поняла, что она провоцирует меня, дразнит, ни на секунду не веря в то, что я могу действительно полюбить человека. Ей и в голову не приходило, что она может несколькими словами сломать карьеру, жизнь и репутацию человека, просто так, по своей прихоти, прикрываясь псевдоблагородными побуждениями. А в действительности ей просто хотелось посмотреть, что будет, если она распространит эту грязную, мерзкую ложь, хотелось скандала, шоу, зрелища. И она всеми силами старалась заставить меня дать согласие на отвратительную затею.

Прекрасно зная, что я относилась к Стоянову неприязненно, она давила именно на мое отношение, подначивая, дразня, манипулируя. Та я, другая, от ее последнего предположения взвилась бы от ярости. Но не я настоящая.

— Нет, Лик, не влюбилась, — мой тон был спокойным и холодным. — Но я никому не позволю распускать слухи от моего имени. Тем более такие мерзкие. Стоянов взрослый человек, хороший преподаватель, и я не хочу участвовать в его травле, тем более начинать ее. И тебе не позволю.

— Ладно, ладно, — она слегка отступила от меня, удивленная, что я не повелась на манипуляцию. Да, раньше такие номера прокатывали, но не сейчас. — Я просто хотела тебе помочь.

— Со своими проблемами я как-нибудь справлюсь сама, — отрезала я.

— Ладно, прости, — она понимала, когда нужно отступить. — Не хочешь, не будем. Но вообще, этот вариант можно….

Я прикрыла глаза от усталости, желая как можно скорее закончить разговор и уехать домой. Одна. Без нее.

Не уверенна, что вообще в ближайшее время захочу видеть подругу.