Книга Огонь. Она не твоя...., страница 133 – Весела Костадинова

— Ты не думала… — повторила Альбина, её голос был тихим, но полным яда. — Ты не думала, что твоя дочь, твоя сильная, разумная дочь, может сломаться? Ты не думала, что я любила его? Что я… — Она запнулась, её голос дрогнул, и она отвернулась, не в силах продолжить. Слёзы, которые она так долго сдерживала, жгли глаза, но она не позволила им пролиться.

Ярослав вдруг наклонился ближе, его рука, тёплая и тяжёлая, легла на её плечо, но Альбина резко сбросила её, глаза сверкнули.

— Не трогай меня, — прошипела она, её голос был полон боли и ярости. — Убери от меня свои руки! И жалость свою засунь себе в… — она осеклась, когда он одним коротким движением опасно прищурил глаза.

Но руки убрал.

— Даже он, — Альбина кивнула в сторону Мииты, — даже он, мама, понял, что со мной происходит! Даже он увидел то, что не заметила ты, моя мать! Хотя он — всего лишь посторонний мужик, человек, который всегда плевал на других людей! А ты где была, когда была мне нужна? Когда я умирала одна, в крови, на полу туалета в белоснежном офисе этого вот человека! Когда из меня жизнь выходила капля за каплей! Он понял, ты — нет!

Её голос сорвался, превратившись в хриплый крик, полный боли, которая копилась годами. Анна затрясла головой, её прозрачные глаза расширились от ужаса и непонимания, она смотрела то на бледного, как полотно, Ярослава, то на шипящую, как раненая кошка, Альбину. Её морщинистое лицо стало похожим на маску призрака, хрупкого и сломленного.

Дима, стоя у стола, дрожащей рукой вытащил сигарету и закурил, его пальцы слегка подрагивали, выдавая, что даже его холодная уверенность дала трещину. Дым медленно поднимался к потолку, а он молчал, его взгляд метался между Альбиной, Анной и Ярославом, как будто он пытался удержать эту сцену от окончательного краха. Никто не спешил говорить — точнее, никто не рисковал уронить слова в эту пропасть боли, которая разверзлась между ними.

— О чём ты… дочка? — прошептала Анна, её голос был едва слышен, как шорох осенних листьев. Она смотрела на Альбину, её глаза были полны слёз, но в них читалось непонимание, смешанное с ужасом.

— Да пошла ты! — Альбина резко рванулась с дивана, её тело дрожало от гнева, но Ярослав молниеносно схватил её за руку, сжав запястье до боли. Его хватка была железной, не позволяя ей уйти, вынуждая остаться в этом аду, который она сама вызвала своими словами. Она попыталась вырваться, но его пальцы только сильнее сжались, и она замерла, её взгляд, полный ярости и слёз, встретился с его глазами.

— О том, Анна, — Ярослав заговорил, его голос был ледяным, но каждое слово было пропитано такой глубокой, сдерживаемой яростью, что комната, казалось, сжалась под его тяжестью. — Что у Альбины случился выкидыш. Ваша дочь ждала моего внука или внучку. И потеряла ребёнка. После того, как вы почти силком заставили её примириться с Эльвирой. А после — собирать ебучие ягоды под палящим солнцем! Она предпочла работать в саду, лишь бы не находиться рядом с вами!

Его слова упали, как удар грома. Анна ахнула, её руки прижались к груди, как будто она пыталась удержать сердце, которое, казалось, готово было остановиться. Её лицо стало ещё белее, слёзы текли без остановки, но она не могла вымолвить ни слова, только смотрела на Альбину с таким ужасом, как будто впервые увидела свою дочь.