Книга Сокол, страница 88 – Весела Костадинова

Он замолчал и вдруг взял женщину за холодную руку. На стол, к фотографиям Гаджиевой и Мамаевой прибавилась еще одна фотография.

— Узнаешь? — тихо спросил Волков.

Алия хлопнула глазами. Еще раз и еще. А потом залпом выпила налитый в стакан виски.

— Моя соседка…. По подъезду.

Альбинос молча кивнул.

— На следующий день после твоего освобождения на нее совершено нападение в подъезде вашего дома. Светлые волосы, примерно один возраст…. Ее сначала придушили слегка, а потом столкнули с лестницы… Совпадение, Лия?

Она молчала — вопрос ответа не требовал.

— Ты говоришь, — глухо продолжил за Артема Громов, — что заказ шел на меня. Верно, Алия. На меня и моих детей. И я понятия не имею, кто и зачем это сделал. Бизнес? Да все идет как идет. У меня нет серьезных врагов — я единственный, кто оказывает некоторые услуги, так необходимые отдельным слоям общества. В политику не лезу — чур меня в эту парашу соваться. Госзаказов лишних не беру — не хочу потом оказаться не в состоянии их выполнить. Ничего за последние пол года не могло вызвать… такого. У меня и мысли не было, что кто-то покуситься на моих девочек. Понятно, что есть свои сложности, свои трудности, но у кого их нет? Но все в рамках нормы. А вот настойчивые попытки устранить еще и тебя…. Дают основание полагать, что ты — случайно — стала важным винтиком. Что-то в тебе, именно в тебе, Лия, — он так произнес ее имя, что в животе немедленно стало тяжело, — заставляет этих людей, а я теперь не сомневаюсь, что это группа, действовать так.

— Я в Москву вернулась только в апреле… — стиснула зубы женщина. — Работала в фонде…. Андрея.

— Твою подноготную я тоже знаю… — голос Громова стал еще глуше. — Знаю, что ты… была похищена, знаю, что вернулась и кем приходилась Резнику… знаю, что семь лет работала за границей. Знаю и то, что Резник-старший хочет сделать тебя наследницей. Роман Шилов… — он бросил быстрый взгляд на Волкова, — обрывает мне телефоны и добивается встречи. На кону большие деньги, и этот след мы проверили в первую очередь.

Алия смотрела на Громова, поджав губы, горя внутри от злости.

— Думаешь, я тебя тут для собственной радости держу? — тихо спросил он. — Мне ты живой нужна, а не в полиэтиленовом пакете, на радость многим людям. Не из-за твоих денег, Лия, — и снова ласка одним звуком, — а потому что мы — в одной луже сидим. И ты и я. Артем, — он повернулся к безопаснику, — выйди. Попроси нам чаю принести и завтрак — пить на пустой желудок плохая идея.

Волков подчинился моментально, словно ожидал такого приказа.

Женщина тут же подобралась, как пантера, готовая к прыжку.

— Я больше никогда не трону тебя, Лия, — глухо, но не опуская синих глаз сказал Громов. — Нет нужды подпирать двери. Нет нужды избегать и не ходить в бассейн. Я и пальцем больше не прикоснусь к тебе. Я совершил вчера непростительную ошибку, ты мне доступно объяснила, что я — лох. Принуждать ни к чему я тебя не стану — достаточно в мире других женщин, которые захотят секса со мной.

Лия молчала, опустив глаза к столу.

— Я могу отпустить тебя хоть сейчас, — продолжал Громов, — и даже поставлю охрану. Но гарантировать безопасность в этом случае не могу. Скажешь — уедешь в течение получаса — держать не буду. Но подумай сама, хорошо подумай. Что может объединять тебя и меня в этой истории, Лия? Мы ни разу друг друга не видели, мы ни разу даже не пересекались. Я впервые увидел тебя там, на дороге, в куртке Марии. Как и ты меня. Но что-то у нас есть такое, чего не видим ни ты, ни я, но отчетливо видят те, кто устроил этот кошмар для моей семьи. И они в покое тебя не оставят.