Книга Сокол, страница 179 – Весела Костадинова

— Да разве это жизнь? — вырвалось у Лии, по щекам покатились слезы, — я тоже умерла с ним!

— Родился Федя…. Я сразу поняла…. Поняла, что…. — Есения не сдерживалась больше. — Один из тех уродов стал его отцом. А я даже их лиц не помню…. Но Маргарита его любила, души в нем не чаяла, и я… молчала. Убедила себя, что… генетика пошутила. Что может у меня кто-то в роду таким вот… беленьким… был. Альбиносом. Врала всем и себе. Думала, что если у меня не было мужа, так пусть хоть у Феди будет лучший, самый сильный папа на свете…. Хочешь эту чертову фирму? Забирай, Лия! Забирай ее! Я дарственную на тебя напишу. Не только долю Феди, но и то, что Маргарита оставила! Забирай! И компанию, и Фонд. Только молю, прошу тебя…. Не позорь моего сына!

Она вдруг упала перед Лией на колени.

— Он все время об отце расспрашивает… я ему рассказала об Андрее. О том, каким он был, как помогал людям, как… — она захлебнулась плачем. — Лия, я прошу тебя. Ты победила! Ты меня наказала! Не наказывай сына! Не отбирай у него то, что есть, то единственное, что есть хорошее. Прошу тебя! Прошу! Завтра пойдем к нотариусу и все оформим, а Ромка может подавиться! Всегда рвал только для себя…. Лия, — она вцепилась в край пальто женщины.

— Встань, — процедила та. — Встань! Забирай сына и уходи отсюда! Убирайтесь оба…. Видеть вас не могу!

— Лия!

— Уходи, Есения! Уходи! Оставь меня одну, мать твою! Згинь и пропади! Исчезни!

— Лия… — Есения плакала, как плакала и Лия. Обе не могли остановиться, обе едва держали себя в руках.

— Лия… — Есения поднялась на ноги.

— Уйди ты! — рявкнула та, и она подчинилась.

Пошатываясь пошла навстречу сыну, идущему с двумя чашками кофе в руках. Кофе дымилось на морозе, мальчик явно нес его обеим женщинам.

— Он любил тебя… — глухо прошептала Есения и пошла прочь. Ее шаги медленно замирали в тишине кладбища, в лучах выглянувшего сквозь тучи заходящего солнца.

В тишине Лия упала на колени перед могилой мужа.

— Ты умер и я умерла с тобой….. во что я превратилась, Андрей? Чем я стала? Я не могу любить, не могу привязываться, я не могу даже думать ни о ком, кроме тебя…. Я вижу тебя во снах и только тогда я счастлива… в каждом мужчине я ищу тебя, не нахожу и снова и снова бегу… Андрей…. Что мне делать с этим? Как жить? Как отпустить тебя? — Слёзы катились — горячие, по холодным щекам, падали на снег.

— Меня разрывает на куски, и я ничего не могу с этим сделать… Я оттолкнула маму — потому что не выдерживаю её боли, её взгляда, который видит меня насквозь. Оттолкнула Зару — потому что она напоминает о том, что было. Почти не общаюсь с Кристиной — у неё семья, дети, счастье, а мне физически больно на это смотреть… Андрей… я предала двух малышек, которые мне доверились. Я… решила отомстить ни в чём не виноватому ребёнку — забрать у него отца, единственную память… Убила человека …. Кто я теперь, Андрей?

Она задохнулась — рыдание вырвалось наконец, громкое, раздирающее.

— Если бы мне семь лет назад сказали, что мной заинтересуется урод из администрации — меня бы в дрожь бросило. А теперь… думаю — почему нет? Почему не использовать? Я слышу свист пули над ухом — и жалею, что она прошла мимо. Я спасаю людей не потому, что это призвание, а потому что… ищу смерти. Быстрой, неожиданной. Чтобы всё кончилось. Я только сейчас, едва не потеряв Ади, поняла, что ощущает мама все эти годы… А мне было всё равно… Что мне делать? Может… просто закончить это? Приехать домой, взять таблетки, запить водкой? Уснуть — и проснуться с тобой?