Книга Сокол, страница 112 – Весела Костадинова

Громов молча и торопливо кивнул, услышав в ее словах то, что так хотел услышать.

— Завтра я отдам ей свою футболку, а там… посмотрим. Может и расскажет что-нибудь, — Лия тоже заглянула в комнату, через руку Громова.

Он вдруг наклонился чуть ближе к ней, почти касаясь лицом волос.

Она уже хотела рыкнуть на него, приказать соблюдать дистанцию, но вдруг услышала очень тихое:

— Спасибо.

Промолчала, неожиданно для себя обнаружив, что в принципе, не так уж ей и неприятно его близкое соседство. Медленно отошла от него, ушла к себе, надеясь хоть немного поспать этой ночью.

Не хотела думать о Громове, не хотела брать на себя его прошлое — своего хватало. Но все равно мысленно снова и снова возвращалась к ночному разговору.

И только спустившись в столовую к завтраку невольно оказалась вырванной из своих мыслей. За накрытым столом, где сидели сам Громов, бордово-алая Диана и девочки, явно нависла серьезная гроза.

Маргарита недовольно поджав губы, смотрела на свою тарелку, не прикасаясь к завтраку. Адриана, капризно скривив губы, хмуро поглядывала на Диану, которая глаз не могла поднять. Обе девочки, в кой-то веки сидели не напротив друг друга, а рядом, сверля глазами невольную гостью.

А сам хозяин сидел, точно ожидая взрыва.

Большого взрыва.

Который случился, стоило Лие только переступить порог столовой.

— Она заняла твое место! — с порога взвизгнула Адриана. И со всей силы пихнула в сторону Дианы вилку с кусочком блинчика в джеме. Вилка перелетела через весь стол, приземлившись прямо в тарелку девушки.

От неожиданности Диана вздрогнула всем телом и тут же опустила голову ещё ниже, будто стараясь стать меньше, незаметнее, раствориться. Лие стало её искренне жаль: от прежней заносчивости, от холодного, почти презрительного высокомерия не осталось и следа — перед ними сидел человек, выбитый из колеи, потерявший опору и явно не понимающий, как вести себя дальше.

— Адриана! — Громов резко поднял голову от чашки с недопитым кофе. — Прекрати.

— Я сейчас пересяду… — едва слышно прошептала Диана. Её красивое, точёное лицо в этот момент выглядело одновременно жалким и пугающе беззащитным, как у фарфоровой куклы с трещиной. И вдруг внутри Лии что-то неприятно кольнуло: она слишком хорошо знала этот тип женщин — хрупких, с острыми шипами под тонкой кожей, тех самых «нежных роз», которые оказываются в беде и глупой ситуации, а потом, сами того не желая, притягивают к себе мужское внимание.

— Сиди спокойно, — твёрдо сказала Лия, остановив Диану лёгким движением руки. — Стол большой, места всем хватит.

— Но это твоё место! — упрямо перебила Адриана, глядя исподлобья, сжимая губы так, что они побелели. В этот момент она была до боли похожа на отца — той же непреклонной складкой бровей, тем же выражением упрямого протеста.

— Ади, — Лия села рядом с Дианой, напротив девочек, намеренно выбрав это место, — разве так встречают гостей?

Маргарита, как и сестра, поджала губы.

Громов вздохнул, явно считая про себя до десяти.

Адриана, зло пыхтя, потянулась за очередным блинчиком и… толкнула розетку со сгущенкой в сторону девушки. Лия отреагировала моментально — одним быстрым движением предотвратив падение розетки на стол.

— Адриана, — Громов терял терпение, — по-моему, ты наелась.