Книга От любви до пепла, страница 80 – Анель Ромазова

Приковывает к земле, а внутри все кричит: «Беги, спасайся».

Мне трудно дышать. Сердце, порвав цепи, пускается в бег за грудной клеткой на сверхскорости, как стремительно падающий на землю метеорит, пробивает ребра и уносится прочь, оставляя после себя пустеющий ожог. Затем, вовсе замирает, будто опасаясь потревожить тишину своим биением.

Ангел на левом плече, зажмурив глаза, прикрывает уши, чтобы не слышать горькой правды, монотонно слетающей с уст этого демона. Ангелам здесь не место, это территория беспробудного мрака.

У Северова масса причин меня ненавидеть. И одна, но оправданная, чтобы убить. А у меня ни единой чтобы оправдаться.

Страх материализуется в образе моей матери. С ядовитой улыбкой и в белом одеянии. Мое желание — избавиться от Тимура, приобретает новый ракурс, полный идентичности с ней. Получить желаемое любой ценой — вот наш главный принцип.

— Я превращу твое существование в ад, — фантомный голос режет канаты нервов.

Сколько раз она мне это повторяла, но я не слушала, или не верила.

Ад, наверно, этого слишком мало, чтобы покарать за содеянное. Вся моя броня и сопротивление разлетаются под ударом ультразвуковой волны и падает к ногам. Я одета, и словно голая. Душа нараспашку. Вся. Вот она, смотри. Смотри, как я полыхаю изнутри. Возгораюсь жертвенным костром, но он уже никого не спасет.

— Ну как, было весело, — чертов сарказм полосует лезвиями, и без того рваные, мысли. Хриплый смешок еще острее проезжается по слуху.

— Прости, я ничего этого не знала, — еле выдавливаю совершенную нелепость, не ему. Озвучить Тимуру это слово равносильно, что орать в пустоту, лишь эхо размножит и разнесет. Но я не виню. Этому человеку простительно не придать значения жалким оправданиям. Моя версия событий трехгодовой давности не так ужасна, на фоне его признаний.

Прости… прости. прости..

Мало. Неправдоподобно.

Самое важное, этим набором букв, уже ничего не исправить. Герман — паршивый отец, и я, своими же руками, преподнесла ему Ваню. Лучше бы он ничего о нем не знал.

Кто-нибудь знает, как отмотать время назад….?

Хотя бы на несколько суток, не говоря уже о годах. Закон бумеранга...Все содеянное всегда возвращается и бьет гораздо ощутимей той силы, которую ты вкладываешь в удар. Я просила уничтожить Тимура, но теперь понимаю, что хочу его помощи. Потребовать только не в праве.

Отталкиваюсь от него и теряю тепло, что вопреки всему так щедро выделяет его тело. Несколько робких шагов, опускаюсь на колени, игнорируя ледяную твердость земли.

Как только хочу приложить ладонь к белому надгробию Оли, Тимур резко дергает вверх.

— Не смей!! Не смей, блядь, делать вид, что тебе жаль!! — ожесточенный рык приходится мне в скулу.

Нервно сглатываю, но не позволяю себе трусливо опустить глаза. Смотрю в упор, в тот ледяной туман, что распыляет его взгляд, и ощущаю себя примерно, как безмозглый фрукт, подвергшийся мгновенной заморозке, чтобы не потерять вкусовых качеств. У Тимура это смешивается в зрачках, ему нравится на меня смотреть, но, при этом, ненависти в сто раз больше.

— Жаль — это слишком мягко сказано. Чего ты хочешь? — стреляю в него мимолетным и, воспаленным от непролитых слез взглядом.

— Возмездия, Каринка. Я хочу возмездия, — высказывает лениво, будто в миллион первый раз, и ему надоело повторять.