Книга От любви до пепла, страница 106 – Анель Ромазова

— Спасибо за совет, но я им не воспользуюсь. Нравятся мне мутные типы с отклонениями, — просвещаю, наполнив голос сучностью по максимуму. Это я могу.

Абсолютно плевать. Пусть в их глазах выгляжу извращенкой. Подозреваю, что естественный румянец отражается на щеках, и отсутствие макияжа идет не на пользу. Потому, как Север замечает, пролетевшее легкой тенью, смущение, как и улавливает подтекст. Да, дорогой, вот таким самоотверженным ты мне определенно нравишься. Улыбается, транслируя своей мимикой — Иди.

А я поглощаю его зрительно, словно заново изучаю. Разглядываю колебания чего-то светлого под броней татуировок. Он не такой выгоревший, как хочет казаться.

Тимур протягивает свой свитер, который я до этого раз пятнадцать пыталась нацепить. Принимаю, коснувшись его горячей ладони, и вместе с колючей шерстью забираю брелок от авто из его пальцев. Стремительно перехватив запястье, дергает на себя.

Близость мгновенно выворачивает кипящий котел ощущений мне на голову. Парализующей тягой уносит к неподвижности. Пару минут. Пару секунд, больше не дадут. Мало того, что запах его как нечто естественное вдыхаю, так еще и организм неадекватно отбивает ритмы, обрушивает шквал, грохочет грозами не фиксируемой мощности.

— Тачку не поцарапай и Айзу прихвати, потом заберу, — разгоняет шепот по моей скуле.

Не тактично впивается в шею, выжигая на коже очередной засос. Сколько их на мне за прошедшую ночь?

Отталкиваюсь. Высвобождаюсь. Переодеваюсь в ванной. Под безмолвным контролем одного из людей в погонах, покидаю жилище, вытягивая сопротивляющуюся собаку за ошейник.

К такому меня жизнь точно не готовила. Бродить по лезвию и ощутить лезвие у своего горла — разные понятия. Если первое добавляет остроты, то второе вызывает дикое желание сопротивляться. Но как это сделать, когда ты связан по рукам и ногам, при этом остаться человеком? Вопрос на миллион.

Сквозняк в открытую дверь подъезда порцией здорового энергетика хлещет по лицу. Подхожу к машине, стягивая на груди края шубки, Айза понуро плетется следом, всем видом показывая, что мою компанию ей навязали. И она не рада.

Брякаю сигналкой, распахиваю перед ней заднюю дверцу и приглашаю внутрь.

— Да садись уже, — рявкаю, когда она высокомерно игнорит и мостит собачью задницу на бордюр. Приходится на руках затаскивать эту кучу шерсти в салон. Она довольно тяжелая. Килограмм сорок. В длину около полуметра, возможно и больше. Приличная такая тушка.

— Ну, ты сучка, — отчитываю псину, кое — как затолкав.

Сажусь на водительское место и завожу мотор.

Адреналин брызгами струится по крови, с вихрем накативших эмоций разбалтывает ядерную смесь. Разносит гормон безумия по венам. Не сдерживаю себя, разгоняя АМГшку до ста пятидесяти на спидометре.

Это уже не я, и в то же время, живей, чем сейчас, никогда себя не чувствовала.

Выкручиваю руль, не сбавляя скорости. Шины визжат, Татушки писклявыми голосками встряхивают динамики песней «Нас не догонят».

Айза ставит тяжелые лапы на подлокотник, шершавым языком проходится по моей щеке.

— Фу, не делай так больше, — брезгливо оттираю слюни и фокусирую внимание на лобовом стекле, выезжая на оживленную трассу. Мадам хватает наглости пристроить морду мне на плечо.

Еду в наш с Германом особняк, сменить одежду. Соображаю, что толково объяснить Арсу, почему я практически в неглиже, не получится. Это я планирую засыпать его вопросами, а не наоборот. У меня их столько, что в голове не умещаются.