Книга По ту сторону лета, страница 98 – Анастасия Палмер

— Ты в этом уверен?

— Да. Поэтому я связался с нужными людьми в Лусаке еще год назад, когда об этом месторождении пошли первые слухи. И деньги за свое содействие я тоже направил в эту деревню, чтобы там уже сейчас начали строить школу и первую больницу.

Софи внимательно вслушивалась в слова Кристофера. Хотя Замбия не имела отношения к ее делу в ЮАР, она почувствовала связь между всем этим.

— Огромное спасибо, Кристофер! Это все, что мне нужно было узнать. Надеюсь, у вас с Шабли все хорошо. Не буду долго рассказывать, но, кажется, я во всем разобралась.

Закончив разговор с Кристофером, Софи усиленно начала анализировать, зацепившись за эту невесомую связь.

Тот, кто украл деньги компании, потратил их на благотворительность. Построил новую школу, больницу, вероятнее всего, даже организовал гранты на поступление в колледжи для самых успешных учеников.

И Форест мог вывести Софи прямо на этого человека. Он догадывался, кто это и с каким событием все произошедшее связано.

Но почему же он молчал так долго и скрывал это от нее?

Вечером Софи стояла на кухне в доме Стива и осторожно сжигала жуткий рисунок с магией вуду, который Форест случайно обнаружил в присланном по почте письме.

Прийти Фореста заставило не желание рассказать Софи о том, что произошло между ним и Эмерсоном тридцать лет назад, а сильный страх за свою жизнь. Что, впрочем, не удивило Софи, нечто подобное она предполагала с самого начала.

Письмо с рисунком было отправлено Форесту давно, но затерялось в другой почте и пролежало без дела пару месяцев. За это время, к счастью, с ним ничего серьезного не случилось, разве что они с женой стали постоянно ссориться и в конце концов пару дней назад она забрала детей и уехала в их второй дом в Порт-Элизабет. Тогда-то Форест, наконец, и разобрал почту и нашел это.

Магия была слабой, иначе с Форестом действительно могло бы произойти что-то плохое. Но случившиеся ссоры и проблемы в семье все же говорили о том, что какими-то способностями колдунья обладала. Пусть и не такими сильными, как она сама считала.

Рисунок представлял собой карандашный набросок. Мужская фигура с детально изображенными гениталиями, туловище, руки и ноги нарисованы схематично, а лицо заменяет овал с затемнениями вместо глаз, рта и носа. Самое ужасное на этом рисунке было то, что из распоротого живота торчали внутренние органы.

В верхней части листка был заголовок: «Каждое твое движение, каждый шаг я рядом. От меня не уйдешь. Ты пожалеешь».

Софи сожгла рисунок, проговорив пару защитных слов, хотя сама она точно не имела никаких способностей. Но так как рисунок все же предназначался не ей, она надеялась, что на нее это никак не повлияет.

Фореста по-настоящему знобило, а в голове Софи, будто барабанная дробь, звучал его страх. Он боялся за свою жизнь, за жизнь жены и детей. Ей стало так его жалко, он испуганно сидел на диване и едва ли не дрожал. Такой крупный, респектабельный взрослый мужчина. Неуклюжий грустный великан, весь его вид сейчас обезоружил ее.

— Не бойся, тебе ничего не угрожает. Этот рисунок не обладает магией, все хорошо, – ей было проще полностью отрицать силу этого рисунка, чем углубляться в подробности.

— Ты точно уверена? А моей семье ничего не угрожает?

— Нет. Но теперь ты должен рассказать мне, что произошло между тобой и Эмерсоном много лет назад.