Книга Королевы и изгои, страница 95 – Алена Филипенко

Он отошел к комоду и стал копаться в ящиках. Вытащив коробку с лекарствами, нашел там тюбик и протянул мне. Это оказалась мазь от синяков.

— Я выйду, чтобы ты… – Женя смущенно запнулся.

Я кивнула. Он скрылся за дверью. Сняв рубашку, я подошла к зеркалу, висящему над комодом. Рама вся была в наклейках: «Звездные войны», «Рик и Морти», что-то сноубордической тематики. Я посмотрела на свое отражение. Ужас. На животе, руках и правом боку темнели лиловые отметины размером с крупную сливу. Я замазала их лекарством, затем повернулась спиной – там то же самое. До некоторых участ ков я не дотянулась и решила пока заняться ногами. На левом бедре красовался синяк размером с яблоко.

— Можешь заходить, – сказала я Жене, одевшись.

— Все замазала?

— Нет, не дотянулась до спины.

— Поворачивайся и задери рубашку, – потребовал он и взял у меня из рук мазь.

Я послушалась. Его прикосновения были легкими и нежными, по коже пробежали мурашки, а в животе разлилось тепло. Он будто водил по коже бархатным лепестком розы.

— Готово.

Я с сожалением опустила рубашку, развернулась и посмотрела Жене в глаза.

— Спасибо.

Он что-то прочел в моем взгляде. Накрутил мой локон на палец, оттянул вниз:

— Я никому не позволю обидеть тебя, ты меня поняла?

Я глубоко вдохнула и зажмурилась, пытаясь прочувствовать эти слова, трогательные, нежные и уверенные. Но, к своему удивлению, я не ощутила того, чего ожидала. Не было сладкого головокружения – только усталая благодарность. Когда я вновь открыла глаза, Женя смотрел на меня как-то странно, словно… на свое новое ценное приобретение? Этот взгляд мне не понравился. Я нахмурилась и осторожно уточнила:

— Что?

Женя хитро улыбнулся:

— Да так… Просто подумал, что мы вдруг поменялись ролями. – С этими словами он начал мед ленно наклоняться ко мне. – И теперь мостиком над пропастью для тебя стал я.

— И?.. – Я слегка отстранилась.

— И тебе же понравилось, как я целуюсь.

Лицо Жени было в нескольких сантиметрах от моего. В воздухе повис вопрос, на который мне полагалось ответить действием. Да или нет? На улице я же сама все начала… Женя ждал. Я потянулась к нему в ответ и… Вцепилась зубами ему в нос. Женя вскрикнул, отпрянул, плюхнулся на кровать и схватился за лицо. Я выдохнула: нет, Саша, нет. Никаких больше глупостей с приветом из прошлого!

— С ума сошла! – обиженно воскликнул он. – Ощущение, что у меня теперь дыра вместо носа!

— Дай посмотреть. – Я присела рядом и убрала его руку от лица. – Нет, маленький след только.

— За что? – продолжал кипеть он. – Мне казалось, ты…

— За дело, – сурово перебила я.

— Но как можно устоять после фразы: «Я никому не позволю тебя обидеть»? – не мог успокоиться Женя. – Это просто нереально!

— Ты удивишься, но можно. Итак: больше никаких попыток меня поцеловать, куда-то повалить, вообще лишний раз тронуть и… Не только, – отрезала я. – Также никаких этих самых разговорчиков. А я обещаю не пускать в ход зубы.

Он подозрительно посмотрел на меня:

— Мы что, теперь друзья?

— Нет, не друзья, – поспешила я расставить все точки.

— Но ты хотя бы веришь, что это не я стравливал классы?

— Теперь верю, – вздохнула я. – И нам с тобой предстоит найти виновного. Так что мы… союзники. – Я нашла подходящее слово и протянула Жене руку.