Книга Королевы и изгои, страница 130 – Алена Филипенко

— Я думаю, это ее старый класс, – ответил Женя.

— И где же она всех собрала?

— Не знаю. Может, все живут рядом или ходят в один фитнес-центр. А может, они ездят на работу на одной электричке. В любом случае Ада где-то нашла их и втирается в доверие. И теперь, спустя столько лет, планирует месть.

Я покачала головой:

— А я думаю, автор пишет не о них, а о нас. Подумай сам. Все, что описывает дневник за этот год, напоминает события, произошедшие в нашем классе. Автор их тщательно завуалировала, но совпадения прослеживаются.

— А мне кажется, ничего общего, – заспорил Женя.

— Ты так говоришь, потому что опять пытаешься защитить Дину, – снова рассердилась я. – Жень, я понимаю тебя, но смотри на вещи более объективно!

— Я и так смотрю! – выпалил Женя. – И не вижу сходств!

— Ну, вот смотри, запись от второго сентября. Она пишет, что начала реализовывать план, но ей помешала какая-то девчонка. Ты помнишь, что было второго сентября? Несостоявшийся бойкот Минаеву, который пресекла я.

Женя нахмурился.

— Не сходится. Она пишет… «Она свое получит». Если это ты, то она точит на тебя зуб. Но кому ты что сделала? Аде? Тебя и в планах-то не было, когда ее кто-то обидел.

— Верно. Ну вот, может, это вовсе и не Ада, а как раз Дина? – давила я. – Может, Ада все же покончила с собой, о чем и писала, а Дина нашла дневник и продолжила его вести? Вот смотри на октябрьскую запись. Она пишет, что в своем плане сделала гигантский шаг вперед. «Какое наслаждение было видеть, как мучается эта гадина… Ведь все же ополчились против нее». В этот день все ополчились против меня, когда нам отменили Осенний бал из-за драки. Все подумали, что я настучала учителям. Снова совпадение?

— Но тебе не кажется, что тогда все еще запутаннее? – Женя покачал головой. – Дине ты тоже ничего не делала. Вы в первый раз увидели друг друга второго сентября!

Женя был прав. Если только… Дина что-то не скрывала. Но сколько я ни пыталась, так и не смогла вспомнить, чтобы мы с Диной пересекались до начала учебного года.

— Но стиль дневника изменился. Так что теоретически Дина могла делать эти новые записи.

— А почерк? – нахмурился Женя.

Я тоже спохватилась. Точно же!

Женя открыл две фотографии рядом – со старой записью и новой. Мы пригляделись, но никак не могли понять, один человек делал записи или нет. Если один, то что-то в его почерке изменилось. Он стал не такой аккуратный, более… быстрый, агрессивный.

— Наклон тот же. Она везде пишет печатную «т», и вот здесь, смотри, в «т» большое расстояние между вертикальной и горизонтальной палочками, – сказал Женя.

— Да это еще ничего не значит, – возразила я. – Если бегло взглянуть – то кажется, что писали вообще два разных человека.

— Открой другие записи.

Мы долго и въедливо сравнивали новые и старые записи.

— Может, отдать их на графологическую экспертизу? – предложила я. – Давай загуглим.

«Гугл» не выдал ничего хорошего: экспертиза стоила от восьми тысяч рублей!

— У меня даже половины нет, – огорчилась я.

— У меня тоже. Так что придется нам самим побыть экспертами.

Мы снова открыли записи двух периодов, и я заприметила что-то интересное: и там и там в некоторых словах попадалась буква «ш» с нижним подчеркиванием.

— Что скажешь на это? – восторжествовал Женя. – Это тоже ничего не значит?