Книга Все не то, чем кажется, страница 85 – Алена Филипенко

Мне кажется, он все понял. Понял и то, что я собираюсь сделать, и то, что он не сможет устоять. Он резко встает, как будто диван ударил его током, и со словами «Сейчас принесу» выходит из комнаты. Затем возвращается, держа в руках бежевый вязаный плед.

— Вот.

Я шагаю к нему и оказываюсь гораздо ближе, чем нужно для того, чтобы забрать плед. Я смотрю на Марка. Он шумно выдыхает. И снова в его глазах тлеющие угли.

Совладав с собой, Марк отступает. И вот между с нами снова стена.

— Спасибо. И спокойной ночи, – разочарованно говорю я и ухожу к себе.

По дороге в спальню ругаю себя. Почему я веду себя как целомудренная девица из прошлых веков, тех, где первой заговорить с мужчиной уже считалось верхом неприличия? Почему я не могу сказать Марку, что влюблена в него и что я безумно его хочу? Ведь теперь я вижу, что небезразлична ему.

Но что-то тормозит меня, что-то отпугивает. Я настолько околдована, что рядом с ним просто теряюсь.

Я ложусь спать. Под дверью – полоска света. Значит, Марк еще не спит. Интересно, что он делает? Читает книгу? Раскладывает носки по цветам? Смотрит из окна на свой сад, цепким взглядом выискивая сорняки или наглых гусениц, поедающих его прекрасные бутоны? Думает ли он о том, как повлияло на него мое появление в соблазнительном виде? Фантазирует ли он, что мог бы сделать со мной, если бы не препятствия? Ох, Марк. Что же с тобой такое? Что мешает тебе быть со мной?

Я твердо решаю поговорить с ним на следующий день. Вечером после ужина предлагаю допить бутылку вина на веранде.

И вот Марк сидит все с первым бокалом, а я пью уже не знаю какой по счету. Алкоголь дал мне то, чего недоставало, – напор, смелость и безрассудство. Только что мы закончили обсуждать какой-то фильм и теперь оба молчим. Марк встает с места и, прихватив бокал, отходит к ступенькам. Смотрит на сад.

— Я не могу кое-что понять, – начинаю я разговор.

Марк с любопытством поворачивается ко мне:

— Что именно?

— Свой статус.

— Статус? – Он удивленно поднимает брови. – Какой статус?

— Мой статус в этом доме. – Я смотрю Марку прямо в глаза, смело и серьезно, хотя сердце в груди трепещет от страха, подобно напуганной птичке. – И в твоей жизни.

— Почему тебя это беспокоит? – Его лицо разглаживается. Он ставит бокал на ограждение и, держа за ножку, вертит из стороны в сторону. – Я же сказал тебе, что ты можешь жить здесь сколько угодно. У тебя проблемы с жильем и деньгами. Ты мой друг, и я предложил тебе помощь.

Марк говорит так, будто я что-то там себе напридумала. «Ты мой друг, ты мой друг» – его голос словно бархат. Это ли я хотела услышать? Нет, вовсе не это. Я смотрю на него в упор, не моргая. Словно боюсь, что он сбежит, если я моргну.

— Тогда почему ты так много скрываешь от меня? Почему так мало говоришь со мной? Почему я ничего о тебе не знаю? Друзья так себя не ведут.

Марк, опять отпивая вина, внимательно меня слушает. Он не спешит отвечать, и это меня раздражает. Я набираю в грудь побольше воздуха, чтобы высказать все, что я об этом думаю, но тут он говорит:

— Я не причиню тебе вреда, Еся. Ты можешь мне доверять.

Я мотаю головой:

— Мне нужны ответы, Марк. Я запуталась в тебе… в нас… в своей жизни. Мне нужна определенность. Почему ты живешь один в таком большом доме? Что это вообще за дом? Вдруг ты прячешь здесь наркотики, оружие – там, в тайной комнате, от которой якобы потерял ключ?