Книга Уходи и дверь закрой!, страница 12 – Ирис Белый

— И что же ты им сказала? — поинтересовалась я у сестры, забывая обо всех.

— Правду. Он же ублюдок. Как и его папаша. Только тот тебя беременной бросил, а этот родился таким.

— Слушай ты кукла, потерявшая человеческий вид! — я еле сдерживалась, чтобы не прибить ее — если ты еще раз вякнешь что-то о моем сыне, я тебя сама прибью.

И тут я поняла, что сказала, но уже было поздно.

— Сыне? — переспросил Анатолий, прожигая меня взглядом в котором читался шок.

— Да сыне, а что есть проблемы, папаша? — издевательски произнесла Лара — А когда ты ее беременной бросил, проблем не было!

— Слушай ты, шлюшка накуренная...

Договорить ему не дали.

— Анатолий хватит! — тот же голос и на этот раз двое мужчин подошли к нам. Один взял Толю за плечо и оттянул назад — Костик уведи его отсюда, пусть выбьет свой пыл в спортзале, пока дров не наломал! Иди уже, завтра во все спокойно разберешься!

Я смотрела на второго мужчину, который говорил эти слова. От него веяло силой, и было ясно, он тут командует. Потом я видела, как второй парень почти вытолкал Толю из комнаты и как тот пытался вырваться.

— Анна Николаевна, прошу прощения за моего подчиненного, у него был тяжелый период в жизни и он еще не отошел. Давайте разберемся с формальностями, и вы сможете поехать домой.

Я только кивнула, боясь глянуть в сторону двери куда вытолкали Анатолия. А еще через два часа я подъезжала к очередной клинике.

— Опять! — возмутилась сестра.

— Да опять! — бросила я и вышла из машины.

Минут через тридцать, когда сопротивляющуюся сестру утащили, врач мне сказал.

— Я надеюсь, вы понимаете, что мы не сможем помочь тому, кто этого не хочет.

— Понимаю, но у меня четырехлетний сын и я не хочу, чтобы он это видел. Поэтому я готова платить любые деньги лишь бы она была подальше от нас.

Я встала и ушла. Жестокие слова, я это знала, но мне было уже все равно. Сейчас все, что меня волновало, это сын и его безопасность.

Сев машину я подумала о том, чтобы поехать домой, но у меня было заседание суда, поэтому и вместо дома перенаправив боль в гнев, я поехала работать.

Я бил по груше уже наверное с час, пытаясь выбить свое отчаянье, но легче мне не становилось. Наоборот только хуже.

Перед глазами стояло ее лицо, когда она поняла, что проговорилась. В нем был страх. Она боялась меня. Моя Анютка боялась меня!

Как же я мог так с ней поступить! Я хотел защитить ее, но вместо этого обрек на жизнь, которую вела моя мать. Стал похож на того гада, который бросил нас.

И вдруг меня по спине что-то ударило, я резко обернулся и увидел Костика, а на полу у моих ног лежали перчатки. Как всегда улыбается и смотрит своим фирменным взглядом ' А мне все пофиг!' Клоун! Мне вдруг захотелось ему врезать.

— Я вызываю тебя на дуэль, братишка — бросил он мне.

— Кость, отвали! — ответил я, понимая, что сейчас я его искалечу.

— Я жду тебя или ты трус и боишься!

'Ну что же, сам напросился!'

Наклонившись, я поднимаю перчатки и иду к рингу. Следующие часа три я прыгал вокруг него, нанося сильные удары, а он только защищался, блокируя удары и не пропустив ни одного, при этом сам он ни разу не ударил. Не забывая меня раззадоривать своими жалящими фразами. Когда я, наконец, выдохся, он сделал резкое движение, и я оказался на мате, чувствуя, как звенит в ушах.