Книга Невеста. Цена мира, страница 96 – Дина Данич

Хрупкий механизм сломан, и обратно не починить. С тоской смотрю в любимые газа. Не уверена, смогу ли я когда-нибудь окончательно разлюбить этого мужчину. Смогу ли не испытывать ноющую боль под ребрами?

— Ты замерзла, – хрипло произносит Чезаре спустя едва ли не вечность. – Идем в дом.

Наш поцелуй растаял так же, как снежинка на ладони. Превратился в дым, и только губы покалывает, напоминая, что все это и правда только что случилось.

Муж теперь идет совсем рядом, придерживая меня, чтобы я не упала. Мне бы хотелось принять это за что-то большее, но я понимаю – дело в ребенке.

Горечь оседает в груди. Я уже жалею, что поддалась искушению – теперь мне еще труднее будет держать дистанцию.

Дорога до дома кажется едва ли не бесконечной. Эти дни я научилась жить вот так – без мужа, как ненужная жена. Но всего один поцелуй, и все мои эмоции снова вспыхивают ярким светом, причиняя боль и напоминая о том, что мы потеряли.

Чезаре помогает мне зайти в дом, не отходя ни на шаг. Его близость сейчас воспринимается давящей и неуместной. Хочется крикнуть, чтобы не трогал меня, чтобы уделял внимание той, другой.

Поддавшись порыву, отворачиваюсь чересчур резко и, оступившись, спотыкаюсь. Романо тут же поддерживает меня за поясницу. Ребенок толкается, словно захотев быть поближе к отцу, а у меня на глазах слезы выступают. Все это слишком для меня. Я не настолько сильная, чтобы контролировать эмоции в такой момент.

— Отпусти меня, – шепчу, в отчаянии отталкивая руку Чезаре.

Не вижу его лица, но чувствую взгляд, которым муж меня сверлит.

— Не унижай меня еще больше. Я не буду номером два.

Глупая надежда, что он сейчас возразит, переубедит меня и скажет, что я ошибаюсь, что все не так, рвет мне сердце в клочья.

Проходит несколько долгих мгновений, и я понимаю – ничего подобного уже не услышу.

Крепко зажмурившись, тихо выдыхаю. Живот снова начинает тянуть, спазм опоясывает его низ, и мне приходится переждать, прежде чем пойти наверх.

Все это время муж молча стоит рядом. Чувствую, что смотрит, но что именно в его взгляде, не знаю. Не хватает смелости посмотреть.

— Спасибо за прогулку, – говорю напоследок и медленно иду к лестнице.

Я не надеюсь, что муж догонит меня, что захочет сопровождать. Но когда этого так и не происходит, боль в груди разрастается – словно что-то важное вынули из меня и забыли поставить на место.

Глупые, дурацкие слезы застилают глаза. Проходит немало времени, прежде чем мне удается уснуть. Скорее от эмоциональной усталости, чем из-за того, я реально хочу спать.

Сквозь сон слышу тихие шаги, но решив, что показалось, окончательно засыпаю.

Будит меня головная боль. Встаю уставшей и разбитой. Словно и не спала вовсе. Привычной тошноты уже нет, но при мысли о еде все равно ощущаю лишь абсолютное равнодушие. Так что буквально заставляю себя умыться и спуститься вниз. Знаю, что Донна наверняка опять приготовила что-то вкусное. Она вообще очень приятная женщина, с которой мы бы наверняка могли подружиться, если бы я была способна хоть на что-то сейчас.

Но едва я спускаюсь на первый этаж, как меня ждет сюрприз – Марта выходит из гостиной. А заметив меня, тут же тормозит.

— Доброе утро, Сандра.

Ее я тоже попросила обращаться просто по имени. Слишком мне непривычно иначе.