Книга Птица, лишенная голоса, страница 112 – Рукие Идели

Гёкхан, все еще сверля меня взглядом, отшатнулся назад. Наблюдая за ним, я подумала о всем том счастье, которое похоронила в своем прошлом. О всех наших радостных моментах и переживаниях, которые мы вместе испытывали, когда добивались успеха в общих делах… Он уничтожил их все. Он выставил меня виновной в том, что я заботилась о нем. Взгляды охранников, собравшихся вокруг, были устремлены в их сторону.

— Я злюсь, – ответил Гёкхан, и я невольно засмеялась. – Я очень злюсь, но все потому, что люблю тебя. Ты же это понимаешь?

— О какой, к черту, любви ты тут болтаешь? – повысил голос Каран. – Сейчас я покажу тебе! О какой любви ты треплешься?

Гёкхан перевел взгляд на Карана.

— Если бы я любил ее не как брат, то стал бы тебе более интересен, не так ли? – крикнул он ему в лицо.

— Тогда не спрашивай! – жестко отрезал Каран. – Если любишь, то не лезь с расспросами! Не расстраивай ее!

В это мгновение наши с Караном взгляды пересеклись, и я увидела ту печаль, которую он прятал внутри. В этот момент Каран понимал меня куда лучше, чем Гёкхан.

Каран посмотрел в сторону Арифа и приказал:

— Сопроводите его в аэропорт.

Кажется, Гёкхан хотел что-то сказать, но я перебила его:

— Разве ты не можешь поверить родному человеку? Почему тебе трудно принять то, что я тебе говорю? Почему ты не веришь, когда я рассказываю тебе, что вынуждена молчать, потому что забочусь о тебе? Как ты не можешь видеть, через что я прошла?

Я снова поднялась со своего места и продолжила, не обращая внимания на окружающих:

— Что я сказала тебе, когда уезжала? Я сказала, что доверяю тебе все, что у меня есть. Как ты думаешь, зачем мне нужно было все бросать, Гёкхан? По какой причине я оставила свою жизнь в Анкаре и покинула родной дом, если ты не видишь никакой опасности? Как ты можешь быть настолько уверен в своей правоте? – Разочарование в моем голосе было очевидным. – Ты сильно меня расстроил.

В саду воцарилась тишина. Даже Босс утихомирился, и казалось, что все присутствующие задержали дыхание. Уже перед тем, как развернуться и уйти, Гёкхан произнес:

— Мне просто хотелось знать правду и быть с тобой рядом.

Я горько ухмыльнулась:

— На самом деле ты был моим самым близким человеком. Я уже говорила, что именно тебе я доверила все, что мне дорого. – Я заметила в его взгляде сожаление, когда он понурил голову. – Иногда лучше не знать всей правды. И ты был именно тем другом, который поддерживал меня, не задавая лишних вопросов.

Сердце заныло, когда я использовала слово «друг» в прошедшем времени, а Гёкхан посмотрел на меня и замотал головой, словно прося: не делай этого.

— Я доверяла тебе. Спасибо за все твои усилия, но этого больше не потребуется. – Я тяжело сглотнула. – Ты сможешь передать доверенность на управление рестораном новому человеку, которого я пришлю завтра. «Алисия» больше не под твоим управлением.

Его глаза расширились от ужаса.

— Кому еще ты сможешь доверить управлять рестораном, кроме меня? – спросил он изумленно. – Как ты это сделаешь? Кому еще ты сможешь доверять, Эфляль?

— Теперь ты видишь, к чему это привело! – Я повысила голос. – Ты не сможешь больше управлять моим рестораном, Гёкхан. Я не могу доверить мое детище тому, кто ставит под сомнение мои слова и обвиняет меня во лжи!