Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 87 – Рукие Идели

Он говорил тоном озабоченного отца.

Холодильник начал издавать сигналы о том, что пора бы уже было закрыть дверцу. Я захлопнула ее и, прищурившись, посмотрела на Карана.

— Слушай, кто бы говорил! Ты сам как минимум три-четыре кило сбросил!

Каран цокнул языком и покачал головой.

— Сегодня утром по настоянию Альптекина я встал на весы. Оказалось, я потерял как минимум шесть килограмм.

Увидев, как у меня вытянулось лицо, он усмехнулся:

— Ты ведь должна радоваться, что я без тебя перестал есть и пить. А ты почему-то расстраиваешься.

Я резко выхватила у него миску.

— Потому что я идиотка! И до сих пор переживаю из-за парня, который мне врал! Что, было так сложно поесть?! – огрызнулась я.

Каран явно не ожидал такой реакции. Его улыбка тут же исчезла, на лице появилось серьезное выражение.

Он ничего не сказал. Может быть, его остановило то, что я встала к нему спиной и начала яростно мыть яблоки. Но причина моего раздражения заключалась не только в том, что он потерял вес. А в том, что он похудел так сильно, что мне стало больно. Вообще, мне не должно было быть больно. Он ведь разбил мне сердце. Потеря им веса – это вообще последнее, что должно было меня волновать. Но каждый раз, когда я видела его осунувшееся лицо и отросшую щетину, сердце сжималось.

Когда я резала красные яблоки, он подошел ближе. Я не повернулась к нему.

— Порежешь себе палец, – сказал он тоном, которым взрослые обычно отчитывали детей. – Зачем ты так торопишься? Ляль, осторожнее!

Он взял нож у меня из рук.

— Тебе что, жить надоело? Ты же чуть не порезалась!

Я нервно усмехнулась:

— Ах, простите, мужчина, который считает, что физическая боль важнее душевной! – И, задев его плечом, прошла и встала затем за его спиной.

Не обратив внимания на мое раздражение, Каран взял яблоко у меня из рук и положил его на стол.

— Иногда я так злюсь на тебя, что мне хочется собственными руками тебя придушить! Дать тебе кулаком по лицу, пнуть в живот! – крикнула я ему прямо в лицо.

Он медленно покачал головой и тихо сказал:

— Я понимаю. Хочешь присесть?

Я посмотрела на него, словно говоря «ты издеваешься?!»

— Ты прикалываешься, Каран? Я говорю, что хочу тебя избить, а ты меня просишь сесть.

Он поднял руки, будто сдаваясь:

— Хорошо, садиться не будем. Постоим.

Он кивнул на яблоко:

— Хочешь, я его порежу? Ты, похоже, очень голодна.

Я согласилась. Он начал медленно и аккуратно резать яблоки, не сводя с меня глаз. Он так мастерски держал нож, что выглядел невыносимо красиво. Ну как можно быть таким красивым, когда просто режешь яблоки?!

— Есть еще фрукты?

— Нет! – буркнула я и закинула в рот дольку яблока.

Он посыпал их корицей, потом повернулся ко мне:

— У тебя в холодильнике толком еды нет. Может, в следующий раз вместо того, чтобы в магазине снова брать только овсянку, молоко и макароны, купишь хоть немного фруктов и овощей?

— Тебе что, известно, что я в пакетах из магазинов приношу?

Он протянул мне миску.

— Нет… Я видел тебя вчера. Ты возвращалась из магазина с пакетом в руке. Я проезжал мимо на машине. Ты прошла прямо передо мной – и даже не заметила меня. Потом ты дала немного колбасы уличным кошкам… Жаль, что ни кусочка не оставила себе, – мягко и с легкой улыбкой заметил он.

Я пожала плечами и села на стул. Каран подвинул свой поближе и опустился на него. Не предложив ему, я начала есть яблоки сама. Пока я наблюдала за моросящим дождем, он смотрел на меня – я чувствовала это. В этот миг все будто бы было нормально – как у обычной пары. Как будто вот сейчас мы вместе приберемся в квартире, затем сварим кофе и заговорим о нашем будущем.