Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 103 – Рукие Идели

И потянула к нему руки.

— Иди сюда, слепой бес!

Альптекин спрятался за Арифа и перепуганно, словно прося о помощи, пролепетал: «Брат!»

— Да не реви ты! – весело смеясь, бросил Омер.

Каран крепко прижал меня к себе и сказал:

— Я побью его за тебя.

— Ладно, ладно. Сейчас поедем домой, потом побью, – недовольно проворчала я.

До самой машины я бросала на Альптекина испепеляющие взгляды. Он же смотрел на меня с откровенным страхом. На этот раз я села не на колени к Карану, а рядом с ним. Когда я придвинулась, он сразу поднял руку и приобнял меня. Я уткнулась головой в его грудь.

Он глубоко вдохнул запах моих волос и прошептал:

— Горе ты мое сладкое…

Я положила руку ему на шею, затем коснулась бороды.

— Надо было все-таки его побить!

Он улыбнулся.

— Не смейся! Мы бы были с ним в расчете, если бы я его побила. Тогда бы считалось, что ты мне не лгал, Каран? – спросила я невинным голосом. Я не знала, насколько верно он все понял.

Его пальцы, гладившие мою щеку, замерли.

— Не были бы вы в расчете, прекрасная роза.

Несмотря на весь выпитый алкоголь, я различила в его голосе нотки боли.

Я закрыла глаза. Под действием выпивки и его пьянящего запаха сон медленно овладевал мной. Он крепко обнял мое расслабленное тело, словно боялся, что я исчезну в одно мгновение.

Через несколько минут я снова пришла в себя и поняла, что он несет меня на руках. Когда я подняла голову, чтобы прижаться носом к его шее, он приподнял меня чуть выше, помогая дотянуться до него. Мои губы коснулись его кадыка, и он вздрогнул.

Выдохнул прерывисто.

— Зачем ты захватила все мое сердце? – сказал он, но прижал меня к себе еще крепче.

Мои губы тронула едва заметная улыбка. Я нарочно выдохнула ему в шею.

— Ляль! – прошептал он так, будто ему не хватало воздуха.

Я хихикнула и застыла у него на плече, так и не поцеловав.

Он вошел в дом, снял обувь, поднялся по лестнице, зашел в мою комнату и аккуратно уложил меня на кровать. Поскольку мои руки все еще обвивали его шею, ему пришлось сесть на край.

Не открывая глаз, я прошептала:

— Я больше не хочу быть одна… Не уходи, Каран.

Он тут же наклонился ко мне и, когда я обняла его, сразу же ответил на объятие:

— Я больше не хочу оставлять тебя одну, – прошептал он. – Я не уйду, Ляль.

Зная, что он сдержит слово, я позволила себе провалиться в сон.

Последнее, что я услышала перед тем, как погрузиться во тьму, было его тихое:

— Я же не смогу переодеть тебя… В таком состоянии я не смогу сделать это без твоего согласия.

С глуповатой улыбкой, расползающейся по лицу, я отправилась в мир снов, где был только он.

Свет мешал мне поднять веки. Казалось, он хотел просто меня уничтожить. У меня жутко болели глаза. Голова была невероятно тяжелой, а содержимое желудка просилось наружу. Я пыталась совладать со своим организмом, но чувствовала себя так, будто меня грузовик переехал. У меня болело все тело.

Да что со мной случилось?

С трудом я приоткрыла глаза и подождала, пока они привыкнут к яркому свету. Потом попыталась выпрямиться, но под рукой у меня было что-то твердое, совсем не похожее на одеяло или подушку. Я облокотилась на чью-то руку. Кто это?

Быстрым движением я выпрямилась и села. И тут же встретилась глазами с Караном, руку которого только что отдавила. Соединив их на затылке, он лежал и смотрел на меня с улыбкой, смысла которой я не могла уловить.