Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 101 – Рукие Идели

Зачем он кричал так, будто не понимал, что он – то, чего я хочу?

— У меня кружится голова, – сказала я, вцепившись в его руки. Голос у меня был настолько тихим, что я не ожидала, что он услышит. Но, похоже, он уловил мои слова, потому что взял меня на руки.

— Горе ты мое, – пробормотал он, и, несмотря на тошноту, я тихонько хихикнула. Его раздражение мне нравилось.

— Еще и смеется! – сказал он, но сам при этом тоже улыбался.

Я прижалась к его груди, глубоко вдохнув его запах. От морозного аромата, исходящего от его черной рубашки, меня пробрала дрожь. Хотя, может, это из-за того, что мы вышли на холод.

— Ариф, ты за руль, – распорядился Каран и, держа меня на руках, сел на заднее сиденье машины.

Я положила голову ему на плечо, рядом с шеей, и стала ждать, когда пройдет тошнота. Я и представить себе не могла, что, желая забыть все хотя бы на несколько часов, буду сидеть на коленях у того, чьи мысли занимали мою голову. Я прижалась к Карану еще сильнее. Он обнял меня за талию и поцеловал в волосы.

— Мои руки, – тихо сказала я.

Он слегка наклонил голову и посмотрел на меня, не поняв, о чем я.

— Что с твоими руками? – спросил он и стал внимательно разглядывать их.

— Они очень соскучились по тебе. Можно им обнять тебя один раз?

Я услышала, как он глубоко вздохнул.

— Я жизнь за них отдам, – сказал он и помог мне обнять его. – Я тоже по ним скучал. Пусть обнимают сколько хотят.

Я крепко прижалась к нему всем телом, желая, чтобы этот момент не заканчивался. Я начала молиться, чтобы его запах и тепло уняли мою тоску. Тошнота мешала мне в полной мере насладиться моментом, я старалась сдержать рвотные позывы. Он чуть приподнял меня и поцеловал мою руку. Через несколько секунд его голос прозвучал резко, и у меня от этого разболелась голова еще сильнее.

— Что с твоими запястьями? – громко спросил он. Я вздрогнула. – Они жутко красные и почти посинели… Кто это сделал? Я держал тебя некрепко, это не мог быть я. Кто это сделал, Ариф? Говори!

— Брат, – начал Ариф глухим голосом. – Йенге врезалась в одного мужика, а он ее схватил.

Я отстранилась от Карана и дернула Арифа за волосы, чтобы помешать ему рассказывать дальше.

— Эй! – вскрикнул от неожиданности Ариф.

— Я не твоя йенге! – заорала я и схватила Арифа за ухо. Каран, придя в себя от удивления, попытался отстранить меня от себя. Я посмотрела на Омера, который, как я только сейчас заметила, сидел спереди.

— Ты? – спросила я. Омер широко мне улыбнулся. Я же отвесила ему звонкую пощечину. – Ты где пропадал все эти дни?

Пока Омер в изумлении держался за свою щеку, Каран притянул меня обратно к себе.

— Ты устроишь всем нам аварию, стой! – сказал он.

Но, поняв, что я не собираюсь успокаиваться, снова взял меня на руки. Пока я пыталась вырваться из его объятий и потянуться к передним сиденьям, Каран обратился к Арифу:

— Что значит он ее схватил? Ты что такое говоришь?

Я ударила его в грудь, но он взял мою руку и поцеловал ладонь:

— Ляль, успокойся, милая!

— Брат, я даже не знаю, как рассказать! Йенге шла ко мне… – поспешно ответил Ариф.

Услышав слово «йенге», Каран понял, что я сейчас опять начну выступать против, и прижал меня к своей груди, погладил мои волосы.

— Она вдруг споткнулась, врезалась в какого-то мужика, он от неожиданности разорался, схватил ее и прижал к стене. Наверное, это в тот момент и произошло, – продолжал свой рассказ Ариф.