Книга Бывшие. Когда ты ушел, я осталась одна, страница 39 – Аля Полякова, Саша Ветрова

Блин, да… Ужас… Это все гормоны, честное слово. Я не виновата.

— Ты нормально себя чувствуешь? — он хмурится, внимательно разглядывая мое лицо.

— Лучше всех, — отвечаю торопливо и сразу же меняю тему, чтобы не заострять внимание на всяких непотребных желаниях. — Как мой кот?

— Твой кот? — Даня иронично приподнимает брови. — Он переехал в мою квартиру и с радостью ходит в свой новый лоток.

— Предатель! — вырывается у меня раздраженный возглас, а Городецкий только смеется.

Что взять с этих мужиков?

— Врач сказал мне, что послезавтра тебя выпишут, — говорит мой бывший муж.

— Врач сказал тебе? А мне он сначала сказать не хотел? — снова возмущаюсь я.

— Не кипятись, Кать. Я его встретил по пути к тебе.

— Я не кипячусь. Просто это мое тело и моя жизнь! Это врачебная этика, в конце концов.

На самом деле, я конечно не сержусь. Но осведомленность Данила и его вливание во все сферы моей жизни (предательство Жирка я ему никогда не прощу) меня не на шутку пугает. Я… Я словно становлюсь зависимой от него… А я зависимостей боюсь как огня. Тот кто столько раз обжигался, дует и на воду.

— Я перевез кое-какие твои вещи в свою квартиру, — заявляет Городецкий внезапно.

— Ты что?

— Ты слышала. Ты обещала подумать над переездом.

— Я обещала подумать, а не соглашалась!

— Твой кот у меня, — Даня смеется. — Если хочешь его увидеть, тебе придется меня слушаться.

Я хочу злиться. Честно я очень этого хочу. Но Городецкий улыбается, отчего у него на щеках появляются ямочки, и вообще весь этот разговор кажется мне внезапно очень веселым, потому я не удерживаюсь от глупого хихикания.

С лица Дани внезапно сползает улыбка. Глаза фокусируются на моих губах.

Меня бросает в жар. И я… Я снова чувствую это… Маленькие разряды молний между нами — они никуда не делись.

Катя

Жизнь с Городецким меня расхолаживает. Я стараюсь не привыкать к тому, что каждое утро меня ждет приготовленный завтрак и свежий кофе. Даже если мне надо вставать на смену в пять утра, а Дане можно еще поспать, он все равно всегда просыпается, чтобы проводить меня и накормить.

А я против воли и здравого смысла, каждый вечер прислушиваюсь к звуку открывающейся двери и бросаю взгляд на часы в нетерпении. Потому что жду и хочу поскорее увидеть Данила. Скучаю когда его нет рядом и умираю от тоски по мужчине, который когда-то был моим.

Он часто работает из дома, когда у меня выходной, или спускается в кафе, что есть у нас во дворе. Очень редко уезжает в офис, старается это делать в мои дневные смены и не задерживается. Потому что обычно еще и встречает меня после работы, интересуясь моим состоянием и тем, что я хочу сегодня съесть.

Токсикоз отпустил и мои вкусовые пристрастия почти выровнялись. Я теперь постоянно голодная и совсем не привередливая. Но разрешаю своему бывшему за мной поухаживать и с удовольствием наблюдаю, как по вечерам переодевшись в домашние штаны и футболку он колдует около плиты, нередко поручая порезать мне салат или подготовить закуски. Не хочет перетруждать меня, как говорит. И кажется он договорился с Шаховым в клинике, чтобы они тоже меня не нагружали, потому что последнее время у меня нет сложных пациентов и я умираю там от скуки заполняя бумажки.

Однако спорить и выяснять отношения с Городецким или Шаховым не хочу. Я поймала какой-то дзен и просто наслаждаюсь моментами своей беременности.