Книга В объятиях тёмного короля, страница 118 – Аманда Лили Роуз

Я понятия не имею куда он привез меня и главное с какой целью. Я просто иду туда, куда меня ведут мужские руки, и стараюсь не задавать сама себе никаких вопросов. Я стараюсь просто плыть по этому ледяному течению, которое подхватило мое тело, но не сопротивляться не могу, ведь несмотря ни на что, чувство самосохранения все еще остается при мне.

Мне страшно… Ведь я знаю, что Альдо делает все, лишь с одной целью – сделать как можно больнее моему телу.

— Cosa si può fare con lei, Aldo?^[25] – от незнакомого, такого холодного мужского голоса меня начинает трясти.

— Come preferisci, Valdone!^[26]

Вальдоне… Это имя кажется мне знакомым, но мне не вспомнить где я его слышала.

Они говорят на итальянском и этот прекрасный, мелодичный язык звучит для меня скрежетом ногтей по стеклу, от которого хочу закрыть уши, но мои руки, черт побери, связаны…

И я ощущаю ритмичное дыхание слишком близко рядом с моим лицом. Теплое, мокрое дыхание. Оно обволакивает мое лицо сквозь мешковину. Если бы я не слышала человеческую речь, то подумала бы что напротив меня стоит какое-то… животное. Он дышит с хрипом на вдохе, с бульканьем на выдохе, будто в груди того, кто стоит вплотную ко мне, плещется лужа крови.

— Тссс… – шепчет мне мужской голос, когда я начинаю дергаться и верёвки еще сильнее впиваются в запястья.

А потом я ощущаю губы. Губы касаются мешка. Они движутся по ткани, как по коже, облизывают очертание моего рта.

— Ты уже влажная? – спрашивает незнакомый голос, по-хозяйски засунув руку между моих крепко сжатых ног. – Вся такая святая снаружи… а внутри – грязь. Такие сучки, как ты рождены для этого, знаешь?

Палец скользит по моим половым губам, не касаясь, в миллиметре, и от этого ещё хуже, потому что я жду, когда он воткнётся внутрь и разорвёт меня, но он просто водит, как будто проверяет, насколько я уже готова для него.

А я сжата. Я – комок дрожащих мышц.

— Как бы ты не старалась, ты все равно кончишь подо мной, – уверенно говорит он мне и резко толкает в спину. Так, чтобы я рухнула на пол.

Он давит на меня всем своим телом и я слышу, как чиркает ширинка на его брюках. Я тону в этом липком стыде, который уже давно перестал быть стыдом, а стал чем-то вроде второй кожи. Чувствую его руки на себе. Они жирные, липкие, как испарина на трупной коже. И я даже рада тому, что не вижу, но тут меня лишают и этой маленькой радости.

Этот ублюдок громко и так искренне смеётся, когда я пытаюсь сжать ноги.

— Нет-нет, не прячься. От меня не спрятаться.

— Сними с её головы мешок, Вальдоне, – слышу я голос Альдо, а еще как он сглатывает. Он возбужден. Чертов шизик… – Я хочу видеть её глаза. Мы все хотим их видеть.

Он специально говорит не на своем родном языке, чтобы я понимала его. И паника новой волной окутывает меня с головой. Он сказал – мы…

Свет болезненно бьёт мне в глаза и я зажмуриваюсь, даже когда уже привыкаю к свету. В темноте страшно, но слепота была для меня настоящим благословением.

Я стараюсь не смотреть туда, где сидит Альдо и вся свора его людей. Но я вижу их, всех их, ведь мое лицо придавлено к деревянному паркету прямо напротив кресла, в котором он вальяжно откинулся на спину и с особым наслаждением наблюдает за моими муками.

— Твоих рук дело? – спрашивает мужской голос за моей спиной. – Он увидел шрам на моей спине. Альдо положительно качает головой. – Он будет в бешенстве, когда увидит труп с такими следами!